Возбужденная случившимся, она долго не могла уснуть. Накинув шелковое кимоно, села за стол и решила поработать с начатым эскизом. Закончив рисунок, она отложила перо, закрыла чернильницу и коробку с акварельными красками, сидела, не в силах пошевелиться. Потом достала свой гроссбух и занесла туда сумму выручки за сегодняшний день. Ее накоплений все еще не хватало на то, чтобы начать собственное дело, о чем она давно мечтала. Сначала Айрин планировала открыть небольшую мастерскую в деловой части Лондона, где можно выполнять ремонт украшений для других известных ювелиров, которых она знала по работе в фирме отца и с которыми познакомилась благодаря работе у Фаберже. Потом можно заняться и собственным дизайном. За короткие годы обучения в Школе ремесел Айрин поняла, что изысканные ювелирные изделия можно создавать не только из драгоценных металлов и камней: сам Эшби часто использовал в своей работе полудрагоценные камни, открывая их истинную красоту. Она подсчитала, что в скором времени уже сможет выплачивать зарплату ювелиру, который будет выполнять работы по ее эскизам. На первых порах это позволит ей сводить концы с концами. Разумеется, она не рассчитывала на быстрый успех. Для начала вполне достаточно открыть небольшую мастерскую с магазином в районе, где вращались дамы полусвета, и, по возможности, привлечь Артура Лукаса в качестве ювелира. У нее не было достаточно средств, чтобы закупать сырье, но можно работать с материалами заказчика. Если ее изделия станут пользоваться успехом среди представительниц полусвета, можно постепенно пробиться и в большой свет. Айрин мечтала о том, чтобы ее имя и работы узнали во всем мире. Единственное, что ее беспокоило, — это ревнивое отношение Габриэль, которая не потерпит, чтобы молодые соперницы носили украшения ее талантливой внучки. В таком случае Айрин будет создавать для бабушки самые экстравагантные вещи, чтобы они оказались вне конкуренции с остальными заказами.
Размечтавшись о собственном деле, Айрин потянулась и тяжело вздохнула, откинув назад распущенные волосы. Еще одна торговая сессия у Фаберже — и она сможет сделать первую попытку. К тому времени, надеялась она, Грегори уже уйдет из ее жизни.
При этой мысли Айрин погрустнела. Но исчезнет ли он из жизни Софии? В глубине души она сомневалась, что сегодняшняя сцена в кабинете отца охладит чувства мачехи. Как показывает жизнь, влюбленная женщина не остывает, увидев любимого мужчину в объятиях другой женщины, даже когда эта женщина — ее падчерица. Айрин не находила покоя. Складывалась безвыходная ситуация. С одной стороны, девушка не сожалела о том поцелуе, а с другой — ей было тяжело сознавать, что она невольно причинила Софии невыносимую боль. Айрин чувствовала, что этот поцелуй был не просто приятен, он взволновал ее до такой степени, что она замирала от счастья, думая о нем. Грегори был на столько же лет моложе Софии, на сколько старше Айрин. Судьба сделала их соперницами по отношению к мужчине, для которого покорить женщину ничего не стоило.
Опасение, что София не оставит своих попыток снова его завоевать, подтвердилось уже на следующий день. По условиям контракта с Фаберже Грегори работал на торгах в отеле «Бернер», не прерывая дел в собственной фирме на Хаттон-Гарден. Когда на следующий день он появился в офисе, ища ее глазами, Айрин была занята с важной особой — вдовствующей императрицей Евгенией.
Почтенная пожилая дама, как всегда, в черном платье, вошла в зал в сопровождении компаньонки. Привратник отвесил низкий поклон. Заметив Айрин, которая с бумагами шла в служебное помещение, императрица окликнула девушку:
— Мисс Линдсей, вот я и пришла, как обещала!
Остановившись на полпути, Айрин подошла к гостье, удивившись, что та запомнила ее имя.
— Какая честь, мадам, что вы меня не забыли.
— Я слышала, что вы недавно потеряли отца, — с сочувствием произнесла она, садясь в кресло. — Примите мои искренние соболезнования.
— Благодарю вас, — ответила Айрин, тронутая вниманием королевской особы, которая сама пережила много утрат.
Высокая гостья посмотрела несколько изделий и в результате остановилась на бонбоньерке из горного хрусталя с золотой крышкой.
Когда Айрин вернулась в офис, чтобы закончить дело, прерванное визитом императрицы Евгении, Грегори здесь уже не было. Просмотрев журнал, она увидела сделанную его рукой запись: «„Савой“, 13.00» без указания имени. Это означало, что речь идет о сугубо личной встрече. Он это делал, чтобы в случае крайней необходимости его можно было разыскать. Вечером София с невинным видом показала Айрин новую шляпу, купленную сегодня.
— Знаешь, меня пригласили пообедать, а я вышла в маленькой бархатной шляпке на двадцать минут раньше и решила заскочить к модистке. И вот результат! Пришлось купить эту шляпу, — она весело засмеялась, надев на голову причудливый головной убор с широченными полями и развевающимися перьями. — Ну как? Тебе нравится?
Айрин замерла и перевела дыхание.
