– Сын! Мой сын! – Она жадно вглядывалась в его крохотное личико и никак не могла насмотреться. Вдруг губы ее задрожали, лицо сморщилось в страдальческой гримасе, и из глаз хлынули слезы.
– Прости меня, мой сыночек, – шептала Томи сквозь слезы, – прости, что не уберегла твоего брата. Ведь вас было двое, но твой маленький братик умер. Он никогда не сможет увидеть этот прекрасный мир. Прости, мой мальчик, свою мать за это.
– Ну, вот еще, что за слезы, – недовольно заворчала сиделка, – хватит убиваться-то. Бога благодарить надо, что хоть одного ребенка оставил. И скажи спасибо доктору, если бы не он, еще не известно, была бы ты сама жива. Оставила бы сына сиротой. Так что радоваться надо, а не рыдать.
Слова сиделки возымели свое действие, Томи вытерла слезы, и, как оказалось, вовремя. Дверь распахнулась, и на пороге возник Диего. Сиделка тут же выскользнула за дверь, оставив их вдвоем.
Диего стремительно приблизился к Томи и в нерешительности остановился около нее. Ему так хотелось сжать ее и своего новорожденного сына в объятиях, но он не осмелился. От его взгляда не укрылась боль, затаившаяся в глазах жены. Диего опустился перед Томи на колени и робко заглянул в лицо сына. Томи протянула ему ребенка, Диего неловко принял крошечный сверточек и стал с жадностью всматриваться в его черты.
– Настоящий испанец! – удовлетворенно воскликнул он.
– Настоящий воин, достойный сын моего народа. – Томи выхватила ребенка из рук Диего и прижала к своей груди.
Диего не стал возражать. Он понимал Томи. Она родила двойню, и один ребенок умер при родах. Она тяжело переживает смерть их сына, и ей сейчас лучше не возражать. Но настанет день, и он докажет ей, что их первенец достойный сын не ее, а его народа.
Диего поднялся с колен. Его рука скользнула под плащ. Он пошарил в складках своего походного костюма и извлек оттуда небольшой сверток.
– Это тебе, подарок за сына. – Диего протянул сверток Томи.
Она приняла сверток и развернула его. На ее ладони сверкало редкой красоты ожерелье. Томи узнала его. Это ожерелье принадлежало дочери императора Монтесумы. Томи видела его на ее шее, когда была еще девочкой. Они приезжали с отцом в столицу ацтеков Теночтитлан на празднество в честь бога Уицилопочтли.
