Сокровище Монтесумы полностью

– И тем не менее Том нас каким-то образом вычислил. В Шочимилько он нанял какого-то скота следить за нами. Ведь говорила я тебе, не надо ехать в Шочимилько, как чувствовала!

– Ты тоже должна меня понять, – виновато произнес Готье. – Я давно тебя не видел, так соскучился по тебе, я не мог больше терпеть… – Для Готье оказалась полной неожиданностью новость, которую он услышал от Нелли. Отчего-то он всегда был уверен, что Спенсер никогда и ни при каких обстоятельствах не узнает о них с Нелли. Таких слепцов, как Спенсер, еще поискать надо. Ведь его, по большому счету, в этом мире ничего не интересует, кроме археологии. Иногда Готье казалось, что даже Нелли для Спенсера не более чем досадное недоразумение в его жизни, безраздельно и фанатично преданной своей профессии. И вот надо же! Великий слепец Спенсер удивительным образом прозрел.

– Да ладно, – резко произнесла Нелли. – Не мог терпеть! Теперь ты будешь вынужден терпеть меня каждый день.

– Как тебя понимать?

– Очень просто. Я переезжаю к тебе.

– Ко мне? – изумился Готье, он никак не ожидал такого поворота событий.

– Ты что, против?

– Я… нет, конечно… но Спенсер, как он на это посмотрит? – растерянно произнес Готье.

– А это тебя не должно волновать. – В ушах Нелли снова прозвучали слова мужа: «Думаю, что ты будешь оставаться моей женой не более чем до конца экспедиции». – Не думай, мой дорогой, что я позволю тебе распоряжаться моей жизнью по твоему разумению. Я сама за себя решаю, чьей мне оставаться до конца экспедиции, – прошипела Нелли, лицо ее при этом сильно исказилось и сделалось страшным.

– Что? Я не понял тебя. – Готье тревожно заглянул в глаза Нелли.

– Извини, это я не тебе. – Нелли лучезарно улыбнулась ему. – Давай-ка лучше спать. Поздно уже. А завтра у нас тяжелый день.

Томи заснула, а когда проснулась, то ощутила в себе прилив сил и готовность идти к пещере. Она поднялась на локтях и посмотрела на сына. Он дремал, сидя рядом с ней на циновке.

– Даниэль, – Томи тихонько позвала сына, и он тут же открыл глаза, протер их рукой.

– Неужели и я заснул? – удивился он.

– Что ты хочешь. Столько дней пути не проходят даром, – улыбнулась Томи, – помоги мне встать. Мы отправляемся к пещере.

– Так, значит, это все-таки правда? – изумился Даниэль.

– А ты не поверил мне? – нахмурилась Томи. – Разве я тебе когда-нибудь врала?

– Нет. – Даниэль виновато опустил голову.

– Не переживай, – подбодрила сына Томи. – Ты еще молод, отсюда твои сомнения. А вот в моем возрасте все уже определено, и, прежде чем мы отправимся в путь, я хочу, чтобы ты исполнил мою последнюю волю именно так, как я скажу.

Даниэль промолчал и ничего не ответил.

– Я хочу, чтобы ты вернулся к отцу.

Даниэль вскинул голову, намереваясь что-то сказать, но Томи резким взмахом руки остановила его, не позволив ему прервать себя.

– Обещай, если произойдет что-либо непоправимое, ты вернешься к отцу…

– Но что может произойти, мама?

– Не знаю, – качнула головой Томи, – сердце мне говорит, что что-то должно произойти.

– Я не оставлю тебя здесь одну, – упрямо произнес Даниэль.

– Ладно, сейчас идем, – тяжело вздохнула Томи. – Нам нельзя терять время. Я с каждым часом слабею.

Даниэль помог матери подняться, и они двинулись в путь. Томи говорила сыну, в каком направлении им следует двигаться, а Даниэль, бережно поддерживая мать, прокладывал ей путь среди завалов.