Сокрушая ночь полностью

Я огляделась вокруг Джуда, осматривая землю, которую знала всю свою жизнь. Место, где царили и страдания, и отчаянная надежда. Но это место было мне домом, и я не могла подавить желание защитить его. Защитить себя. Сколько бы тьмы во мне ни было.

Джуд взял меня за подбородок и заставил взглянуть на него.

– У нас мало времени. Я оглушил Исайю своей магией, чтобы последовать за тобой через зеркало, но пока мы разговариваем, он вполне может перерезать нам глотки.

– Подожди… – Я толкнула его в грудь, встревоженно глядя в глаза. – Ты сказал, что там был Исайя? – Это невозможно. Он умер у нас на глазах.

Но потом я замерла.

Я видела, как его тело вздрагивало при вдохе, прежде чем мы оставили его в Тумане. Тогда я решила, что причиной моей неуместной надежды стало истощение, но…

Джуд зажмурился, в его груди зародился мучительный звук.

– Да, я видел его, но сейчас я не знаю, что реально. То ли он действительно бог Луны, то ли это очередная извращенная иллюзия. Не думал, что такое возможно, но…

Я внимательно осмотрела наше окружение.

– Но ведь теперь нет ничего невозможного, верно?

Мы оказались в промежуточном мире, где не было ничего осязаемого и ничего реального. Наши физические тела находились где-то в другом месте, скорее всего, все еще под храмом и под присмотром его двуличного брата.

– Нам нужно уходить, – быстро сказала я, и в груди у меня вспыхнула магия. Я понятия не имела, как здесь работает время – замедляется ли оно или полностью замирает, – но Исайя без колебаний нас прикончит, если будем лежать перед ним, беззащитные в его храме.

Джуд кивнул, открыв рот, чтобы ответить. Но я приподнялась на цыпочки и заставила его замолчать нежным поцелуем. В этом прикосновении наших губ я прожила целую жизнь мечтаний, которым никогда не суждено осуществиться.

Наше пробуждение каждое утро, сплетенные руки и пробивающееся сквозь занавески солнце. Мы с Джудом верхом на лошадях, путешествуем по континенту – даже дальше, – открывая для себя новые земли, народы и приключения. То, как каждый вечер мы уютно устраиваемся перед огнем, наслаждаясь тишиной и драгоценными мгновениями, которые большинство людей упускают из виду. То, как мы видим, чувствуем и обожаем суть друг друга в простых прикосновениях и объятиях. Улыбках и смехе.

Взаимное осознание того, что мы нашли дом.

Я поняла, что моя магия становится слишком сильной, чересчур мощной, чтобы держать ее в себе.

Пока я находилась в объятиях Джуда и ощущала его вкус на языке, любовь к нему проникала в меня, соперничая с силой бога Луны и темного монстра, частицей которого я владела. Нет. Любовь была сильнее.

Наши души соприкоснулись.

Существовал выход.

Для одного из нас.

Мою силу можно использовать для странствований – я доказала это, когда превратилась в тень и проникла в камеру Джуда, а затем и в сами небеса. Может, во мне достаточно темной магии, чтобы передать ее Джуду. Чтобы вытащить его из храма и увести подальше от Исайи.

Если бы я смогла подарить ему обе свои силы – и тьму, и недостающую светлую частицу Рейны, – он сумел бы сбежать. Обрести достаточно мощи, чтобы спасти королевство и всех, кто нам дорог. Я могла бы сделать это, отказаться от себя. Отдать всю себя.

В конце концов, воин рожден, чтобы умереть.

Я слегка отстранилась, мои губы оказались на расстоянии дыхания от губ капитана.

– Я люблю тебя, Джуд Мэддокс. Всем, чем я являюсь, и всем, чем могла бы стать.

Сейчас признание ощущалось иначе.

На этот раз не было никаких колебаний. Никаких физических барьеров. Никакого страха.

Небо вспыхнуло, странное покалывание заставило мое тело стать тяжелым, слишком тяжелым. Но Джуд… он колебался передо мной, став легче воздуха, обретя невесомость теней, которыми я повелевала.

Жрицы Солнца и их пророчество оказались правы: солнце вернется на небо, когда тьма пленится светом. И Джуд пленил меня, а затем погрузился во тьму, чтобы спасти. Чтобы любить меня. Истинная любовь – не что иное, как жертва, и я только что заплатила за нее наивысшую цену.

Джуд не успел возразить, но страх в его глазах свидетельствовал о том, что он прекрасно понял, что я сделала.

Пророчество исполнилось. Вот только для меня не будет счастливого финала.

Где-то вдалеке послышался звон разбивающегося зеркала, божественный поток сокрушил древнюю поверхность из зачарованного серебра. Молитвы вырвались наружу, их неистовые мольбы разлетелись по всему миру. Наконец-то они обрели свободу.

И все же в этом хаосе мне хватило сил прошептать три главных слова в последний раз, прежде чем Джуд полностью исчез, растворившись в темноте и забрав с собой пылающую частицу божественной силы, которой я обладала… вместе со всей моей тьмой.