Страх вытолкнул мою силу наружу. Я поднял руки в тот самый момент, когда из ладоней и груди хлынули огонь и магия. Пламя впилось в шипастый шар, безвредно отскочив от его зазубрин.
Я даже ни одной вмятины не оставил.
– Твои силы определенно должны были подействовать, верно? – прокричал Джейк после того, как мой взрыв заставил его повернуться посреди пути.
– Налево! – приказала Киара, оттаскивая Джейка в сторону. А следом продолжила командовать – налево, направо, по центру – и повела нас через бойню, словно генерал свою армию. Мы избежали нескольких смертельных ловушек, хотя, судя по обилию хрупких человеческих костей, усеявших землю, не многим так повезло.
– Вот он. Слева будет туннель! – Эмелия ускорилась, практически впихнув Киару и Джейка в расширяющийся проход. Она успела ухватить Лиама за плащ, когда нырнула в безопасное место.
Финн прыгнул головой вперед, и его массивное тело с грохотом ударилось о землю. Он вскочил на ноги как раз в тот момент, когда Эмелия окликнула Димитрия, который отставал, тяжело дыша.
Я почти забыл о нем.
Повернувшись, я схватил его за талию и взвалил на плечи. Он оказался тяжелее, чем я предполагал, а от шара до нас оставалось менее двадцати футов…
Мы не успеем.
Эмелия, должно быть, тоже это поняла. Она выскочила из прохода на линию огня. С грацией ястреба подняла руку и нажала зеленую кнопку на нижней стороне устройства, которое мы использовали для преодоления стены. Серебряный крюк впился в камень, а когда она прицелилась и выстрелила еще раз, другой вошел в стену напротив. Через проход протянулся металлический трос.
– Пригнись! – предупредила Эмелия, и я застонал, перемещая Димитрия и опуская нас под канат.
Раздался треск, шипастая сфера зацепилась за металлический трос, преградивший ей путь. Спустя несколько секунд трос лопнул, но мы получили необходимый запас времени. Я рухнул в проход с Димитрием на спине, и мы оба упали на грязные камни.
Шар пронесся мимо, продолжая свой разрушительный путь.
Побледнев, мы все хватали ртом воздух. Смерть пронеслась так близко, что я практически чувствовал ее ледяную руку на своем плече.
Киара прислонилась к противоположной стене, ее грудь вздымалась и опускалась от напряжения, а покрытые шрамами руки сжались в кулаки по бокам.
Для окружающих могло показаться, что она просто вымотана, но я видел нечто большее. Она могла морщить нос перед боем и иногда покусывать внутреннюю сторону щеки, если нервничала… но когда Киара Фрей боялась, испытывала подлинный страх, то она отгораживалась.
Полностью.
Ее глаза становились пустыми, а лицо – безучастным.
Обращаясь только к ней, я сказал:
– Мы живы. Мы целы.
Мне претило это выражение ее лица. Эта пустота.
Киара слегка вздрогнула, будто возвращаясь в себя. Я почувствовал, что ей нужно напоминание, и повторил свои слова еще раз, пока в ее потускневших чертах не затеплилась жизнь, вернув воина, которого я обожал.
Когда она сморщила нос, я улыбнулся.
Киара обратила внимание на свои руки, сгибая их, пока свет переливался по черно-синим линиям. Они сияли из-под рубашки, доходя до локтей, и даже спущенные рукава не могли их скрыть. Что-то произошло во время нападения теневого монстра, и она не желала этим делиться. Как бы мне ни хотелось надавить, я уважал ее решение.
А вот моя мать – нет.
Лисица придвинулась к нам, и на ее лбу образовались морщинки. Она завороженно наклонилась к шрамам Киары.
– Хм. Немного темнее, чем я предполагала. А еще я представляла их не такими… симпатичными.
– «Симпатичными»? Они уродливые. – Киара покрутила запястьями, демонстрируя тонкие линии, испещрявшие ладони. А затем поспешно засунула руки в карманы, опустив глаза.
Лисица негромко рассмеялась – ее мрачный смех полнился затаенной горечью.
– Если думаешь, что это уродство, значит, тебе не доводилось лицезреть настоящих следов войны. – Ее взгляд ненадолго переместился на Финна, а затем она опустила его на свои сапоги. – Шрамы, полученные из ненависти, – вот что по-настоящему ужасно, их чувствуешь не только кожей.
Финн неловко прочистил горло.
– Каков план? – спросил он, вытирая пот с бритой головы. Прищурившись, я заметил несколько мерцающих шрамов вдоль изгиба его правого уха. Почему-то мне подумалось, что это не те раны, на которые намекала Эмелия.
Лисица недовольно ответила:
– Мы пойдем по этому туннелю, свернем направо, еще раз направо, а затем выйдем в длинный узкий проход, по которому продолжим путь еще некоторое время. Там мы свернем налево. Ворота должны быть в конце прохода.
– Черт. А она хороша, – прошептал Лиам. – Я откровенно завидую.
– Ну еще бы, – поддразнила Киара, однако из ее голоса пропало привычное веселье. – Будь у тебя такой дар, ты был бы еще более назойливым. И наверняка пересказывал бы
– Эй. Обладать интеллектом – сексуально, – огрызнулся Лиам, но при этом мягко улыбнулся.
– Пожалуйста, не произноси рядом со мной слово «сексуально». – Она закатила глаза, и ее броня встала на место.
