– А зачем сиренам вообще понадобились эти самые самоцветы? – Вопрос Эмуна повис в воздухе над столиком для пикника. После паузы мой сын продолжил: – Как спасение от проклятия, верно? Но ведь кто-то когда-то наложил его на дочерей океана. И кто же это был? Что стало тому причиной?
Антони потер лоб.
– На фресках и мозаиках, которые меня заставляли изучать парни из «Винтерхюр», попадались цитаты из какого-то мифа.
– О разгневанном морском божестве, да? – подсказала Тарга.
Я выпрямила спину, уловив проблеск надежды. Сердце бешено заколотилось.
– В этих цитатах упоминалось проклятие? Почему ты сразу не сказал?
Антони смутился.
– Как-то некстати получалось! Сначала Эмун попросил Таргу отыскать свою мать, а появились вы и захотели, чтобы я нашел Йозефа, а когда у меня ничего не вышло, начали рассказывать невероятную историю своей жизни. Мне казалось, надписи на древних камнях – не повод прерывать вас…
Чувствуя, что истина где-то рядом, я перебила Антони:
– Там, в том, что ты видел, содержалась еще какая-то информация об аквамаринах?
– Антони говорил мне, что это был монолит. Цилиндрической формы. Похоже, его потом расколотили, – сказала Тарга.
Антони уточнил:
– Да, исходно это была шестигранная колонна.
– А когда и кто ее разбил? – спросил Эмун.
– Не знаю, – пожал плечами Антони. – Планшет запаролен. Я отнес его к хорошему хакеру, надеюсь, получится взломать.
Три такта электронной мелодии взорвали тишину. Эмун остался спокоен, мы трое вздрогнули. Рука Антони метнулась к карману, и он вытащил свой смартфон.
– Йозеф? – Мое сердце затрепетало от надежды.
Антонио, застыв на мгновение, уставился на экран и покачал головой. Потом ответил по-польски. Последовал короткий разговор, во время которого он не сводил с меня глаз. Наконец Антони попрощался и дал отбой.
– Это хакер, – сказал он. – Планшет разблокирован.
