– Ты меня не так поняла, Тарга. Ясное дело, раскрывать свою истинную природу мужчине, которого ты любишь, рискованно, я этого не отрицаю. И да, риск выше, чем для нас с Сэксони. Но если ты ему не расскажешь, то примешь решение, быть ли вам вместе, за него. А ему, если он об этом узнает, это вполне может не понравиться. Вот ты сама бы что почувствовала в такой ситуации?
Я отлично знала, что очень бы расстроилась, если бы Антони лишил меня выбора. Но озвучивать это не стала.
– Если бы ты была человеком, а он… русалом, – продолжила Джорджи, – и он рассказал бы тебе, кто он такой, ты бы его бросила?
– Никаких русалов не существует.
– Это я для примера, не занудствуй. – Она внимательно вгляделась в мое лицо. – Ну так как, ты бы его бросила?
Я задумалась, хотя уже успела позабыть, каково это, когда ты обычная влюбленная девчонка.
– Не знаю, как честно ответить, потому что тут надо самой оказаться в подобной ситуации, чтобы знать, как поступишь…
Джорджи чувствовала, что при всем том я знаю ответ.
– И все-таки?
– Нет, не думаю, что бросила бы. Это же Антони, я от него без ума.
Воцарилось молчание. Наконец Джорджи сказала:
– Ну так вот тебе и ответ, разве нет?
Я кивнула, чтобы не расстраивать подругу. Подобный ответ ничего не гарантировал, а идти на риск, что Антони меня бросит и разобьет мне сердце, я не хотела. Я только что потеряла маму, я не могла потерять еще и его.
Наконец мы с Джорджи пожелали друг другу спокойной ночи, и она ушла к себе.
Время летело стрелой. Мы с Джорджи старались как можно меньше заниматься учебой, а чтобы побольше времени проводить вместе, я отменила все деловые встречи с Ханной и Марианной. Я сводила подругу во все свои любимые места в Гданьске (и в Мальборкский замок) – мне было очень приятно показывать Джорджи свой новый город и радоваться тому, как ей тут нравится. Мы ужинали с Антони и ходили на долгие прогулки по старинным кварталам, вдоль пляжей и каналов. Меня очень утешало, что подруга рядом, у нас получились ровно такие спокойные каникулы, в которых я нуждалась… А потом спокойствие кончилось.
– Тарга!
Я проснулась оттого, что Джорджи трогала меня за плечо и шепотом звала по имени.
– Извини, – проговорила она, – но ты слышишь то же, что и я?
Я наконец полностью пришла в себя и оторвала голову от подушки, чувствуя напряжение во всем теле – скорее от тревоги в шепоте Джорджи, чем от чего-то еще.
А потом вдали за окном послышался звук бьющегося стекла.
– Это внизу, – сказала Джорджи. – Прямо совсем внизу.
– В кладовке на первом этаже? – предположила я. Может быть, Фина или Адальберт что-то искали и споткнулись в темноте. Я привыкла иногда поздно вечером или рано утром слышать, как они там ходят, – возможно, поэтому я, в отличие от Джорджи, не обратила внимания на шум.
Раздались глухие удары. Из-за расстояния и потолочных перекрытий слышно их было плохо, но стук дерева о дерево ни с чем нельзя перепутать. Ладно, вот таких звуков слуги в особняке точно не издают.
Мы с Джорджи, словно парочка призраков, прокрались к окну, чтобы лучше слышать, и в темноте уставились друг на друга, гадая, что теперь делать. Я не хотела звонить в полицию, пока не удостоверюсь, что это точно не кто-то из слуг навернулся.
Мы молча направились к двери – я в клетчатых хлопчатобумажных пижамных штанах и футболке, Джорджи в шортах, фуфайке и в тапочках. У двери я сунула ноги в кроссовки.
Мы приоткрыли дверь и прислушались. В коридоре было тихо. Мы двинулись к главной лестнице – сначала я, Джорджи за мной. Когда мы добрались до двери в служебный коридор и лестницы на первый этаж, я помедлила, потом очень медленно повернула ручку.
Мы сунули головы в приоткрывшуюся дверь и прислушались. Тишина.
Свет я включать не стала; мы спускались очень медленно, я перешагнула ступеньку, про которую знала, что она скрипит, и жестом велела Джорджи сделать так же. Она кивнула и легко перемахнула ее своими длинными ногами.
– С той стороны, – беззвучно проговорила в полутьме Джорджи, указывая в сторону мастерской.
Я кивнула. Что бы нас ни потревожило, оно шумело именно в том углу здания.
Я на цыпочках подкралась к двери в мастерскую, взялась за ручку и прислушалась. Все еще тишина. Я начала поворачивать ручку.
Джорджи накрыла мою руку своей и вопросительно взглянула на меня. Я знала, о чем она думает. Не глупо ли мы поступаем? Если б мы были обычными подростками, может, так оно и было бы, но мы-то сверхъестественные существа! Растений, которые Джорджи могла бы призвать, тут, правда, не было, но моего русалочьего голоса хватит, чтобы остановить любого, кроме других русалок и их потомков. Плюс я сверхъестественно сильная. Страшно мне не было.
Я бросила на Джорджи взгляд, который, как я надеялась, говорил: «Все будет в порядке», она убрала руку и кивнула.
Я быстро открыла дверь и одним движением нажала на кнопку выключателя.
Мастерскую залил искусственный свет.
Ни души. Но, очевидно, кто-то успел сюда вломиться и изрядно похозяйничать.
