Ни в 1917 г., ни на переломе 80-90-х годов ХХ века, когда круто менялась жизнь государства, религиозные соображения не играли никакой роли: люди не мыслили религиозными категориями, находились в совершенно иной системе координат. И у нынешних даже самых завзятых ура-патриотов патриотизм простирается только до выбора между отечественными и зарубежными лекарствами, автомобилями и т. п. Когда встает такой выбор, они делают его не задумываясь. И детей своих — если представляется возможность — они посылают на учебу за границу. И вообще стараются пристроить их там. Да и на ввоз отработанного ядерного топлива в Россию именно ура-патриоты соглашаются охотнее и прежде других.
Третьесортный патриотизм не дает зародиться нормальной русской диаспоре. Все страны имеют свою диаспору — кроме России. Русские уже во втором поколении мало вспоминают свою бывшую родину, а в третьем и вовсе растворяются без остатка. Даже дети А.И. Солженицына уже далеки от России. Диаспора в известной степени есть показатель "нормальности народа", она есть у всех — у итальянцев, немцев, почти у всех азиатских народов. Близкие нам украинцы имеют свою диаспору — в Америке, в других странах. Русские — нет. В сохранении привязанности к бывшей родине важную роль играет религиозная принадлежность, однако русское православие не в состоянии ее сыграть. Замечено, что дольше всего привязанность к России сохраняют за границей как раз тронутые Санкт-Петербургом.
В рассуждениях о диаспоре нельзя обойти вниманием один вопрос. Ругаемые всеми ура-патриотами евреи, если они покидают Россию, все же сохраняют искреннюю любовь к стране, ее языку и культуре. "Русские евреи" (таково название — и самоназвание — евреев, вышедших из России) и в Израиле, и в той же Америке, и в любой другой стране действительно являются носителями русской культуры, а вот собственно русские в большинстве своем перестают быть ими. Это тоже — показатель бесплодия нашего третьесортного патриотизма.
Слившись воедино, официальное православие и третьесортный патриотизм перекрыли России все пути в будущее.
Есть люди в нашей стране и за ее пределами, которые считают, что прошлое и настоящее свидетельствует не о торжестве, а о полном бесславии православия в России. Встречаются, конечно, и обратные утверждения, некоторые иерархи идут так далеко, что утверждают даже: все случившееся с Россией в ХХ веке нужно было для того, чтобы воссияла Русская церковь. Никак она не воссияла. Утверждения, будто период после 1917 г. был периодом великой славы Русской православной церкви, что он вообще был задуман Господом для ее прославления, тоже являют собой пример нравственной аберрации, граничащей с богохульством. Это попытка свалить свои грехи на Господа Бога — Он-де попустил, а мы тут вроде и ни при чем. Очень даже при чем.
"Бог наказывает тех, кого любит". Это верно, но наказывает Он и тех, кого не любит — и еще как! Так был наказан Вавилон, так была наказана Византия. И не так ли наказывается Россия? Если спросить сколько-нибудь честного человека, что изливает Господь на Россию — Свой гнев или Свою любовь, то кроме совсем уж ошалевших околоправославных да православных фанатиков мало кто узрит в нашей истории ХХ века проявления любви Бога к нашей стране.
Этот век не оставил камня на камне от русского мессианизма. Еще И.А. Бунин советовал апологету избранничества: "поди-ка ты лучше проспись и не дыши на меня своей мессианской самогонкой!" «Проспаться» надо бы и православным, и большевистским поборникам нашего мессианства. Что до первых, то совершенно очевидна тщетность всех их упований: от надежд на особое отношения к нам высших сил не осталось ничего. А вот свидетельств обратного сколько угодно. У нас по-прежнему, если вспомнить стишки князя П.А. Вяземского, недоходно, голодно и холодно — и все отвисает, особенно у РПЦ. Она совершенно бездарно профукала Россию, не сберегла ее для Бога, для веры. И не хочет за это отвечать. Есть резон у тех, кто видел в православии несчастье России. Ложную мораль, ложные идеалы (характеристика Н.А. Бердяева) РПЦ исповедует даже до сего дня, так что русскому человеку и сегодня нечего противопоставить новым соблазнам.
Правда, речь обычно идет не о всем православии, а только официальном, но ведь именно оно у нас претендует на статус единственной истинной православной церкви, хотя есть православные, которые считают РПЦ безблагодатной. Староверы, к примеру, полагают, что ее и ее служителей надо вышибать из Лавры и из Кремля хотя бы потому, что самые чтимые иконы там — двуперстные, и Сергий Радонежский был двуперстником. Есть и другие православные церкви, которые отказывают РПЦ в благодатности.
