Отворив хлипкую на вид калитку, человек юркнул под дверь жилища и быстро вник в сени. С глубоким вздохом, он бережно скинул с плеч тяжёлую ношу и, не успев толком снять промокшую до ниток накидку, был в миг окружён своим семейством. Дети, что неокрепшие птенцы, голосили во всю глотку, и, активно хлопая своими клювами, весьма недвусмысленно намекали, что неплохо бы подкрепить растущий организм. В сущности, этобыл уже формализированный обряд, за исполнение которого они получали лишь сочный кукиш с маслом, но, к их удивлению, на сей раз тёмную бороду отца семецйста озарила светлая улыбка. Стянув плотные перчатки, он запустил правую руку, покрытую молчаливыми свидетелями его неустанных трудов — мозолями, в недра таинственного мешка, из глубин коего был извлечён на всеобщее обозрение кусок хорошего остафарского сыра. По рядам детворы прокатился восторженные возгласы, подобные тому, как простолюдины поражаются махинациям цирковых волшебников.
— Благодарите дартадского господина, дети, — не без торжественности в голосе проговорил patre familia, — если бы не его милость, не выдели бы мы нынче этого изобилия ещё долго.
Да, мешок оказался полным съедобной снасти, купленной охотником за городом у сельских торгашей за деньги, данные им одним благодарным аристократом, впрочем,
Это случилось буквально вчера днём. Охотник зашёл в одну из лавчонок на торговой площади города для сбычи своего улова — нескольких подстреленных куропаток, — мягко говоря, не густо, но в условиях нынешнего положения довольно солидный улов.
Вышел он от мясника в пламенеющем воинственном духе, ведь старый прожжённый негодяй по доброй традиции всеми силами пытался непременно обставить охотника вокруг пальцев. Первоначально в ход пустилась оценка дичи, где первая сторона, представленная служителем тесака, всячески пыталась занизить качество товара, а вторая, представленная служителем стрел и лука, наоборот, нахваливала во весь свой словарный запас. Увидев тщетность этой затеи, владелец лавчонки заявил, что ему требуется деньги на лечение грыжи, которую поспешил было показать в удостоверение, но остановился из-за охотника, напомнившего, что он недавно слышал из самих уст страдальца весть о том, что с грыжей покончено. Провалив и этот предмет, мясник внезапно вспомнил о своей многочисленной бедной родне и стариках-родителях, которым необходим уход, хола и лелея, но и этот выпад охотник искусно парировал упоминанием своей шумной и голодной коголоты детишек. Истощив запас аргументов по этому поводу, лавочник, изменившись в голосе и напустив на себя грозный и неумолимый вид, которым обычно щеголяют чиновники перед тем, как взять подношение, и напомнил, что, согласно недавнему закону, для охоты в лесах близ городов требуется особое разрешение бургомистра; довольный своей ловушкой, пугалец сам не приметил, что применил против своего опоннента обоюдоострое лезвие, испытать режущие действие которого ему пришлось тут же: охотник ледяным тоном подтвердил слова мясника, однако приметил, что, согласно этому же постановлению, если кто-либо купит дичь, имеющую подозрительное происхождение, то он повинен наказанию в равной степени. Дородная физиономия лавочника в мгновение ока была заволочена мрачным и свирепым выражением, ясно говорящим о том, что совесть у этого достойного гражданина была с небольшими чёрными вкраплениями, явно портящими его благонадёжность. По совести оценив весомый довод супротивника, он прибегнул к последнему патентованному средству, испытанному веками и тысячелетиями: буйному и изощрённому потоку брани, перемижёвающейся с экономическими предложениями. Истощив до глухоты свои глотки, выпучив до боли свои глаза, досжестикулировав до ревматизма своими руками, они, наконец, пришли к компромиссу, иными словами, мясник выплатил сумму большей той, на которую рассчитывал, а охотник получил меньше того, на что надеялся, — то есть, все были недовольны.
Выйдя в задумчивости из лавки, сыпанув на прощанье ей и её владельцу про себя пуд чистосердечных добрых пожеланий о скорейшем заупокое, охотник, судорожно сжимая в длани маленький мешочек с флорингами, так голодный кот сдерживает в своих цепках когтях мышь, побрёл домой через торговую площадь.
