Обратно шел спокойно, держа свою нервозность в кулаке. Было страшно, так как полицейские ждали кого-то. Возможно его. В качестве хоть какого-то шанса на спасение, он нацарапал ключом от номера «POL.Z» на углу лестничного пролета.
Это было на грани. Его остановило перед дверью только предчувствие опасности, не раз выручавшее его во Франции и непрерывно визжавшее в Австро-Венгрии.
Такси поехало к точке V.
Точка V. Район Лихтенберг
Отдельно стоящий многоквартирный дом был похож на пчелиный улей. Полицейские и эксперты в белой спецодежде сновали по двору, фотографируя с разных ракурсов несколько тел и собирая гильзы.
Из второго подъезда выносили ещё несколько тел на каталках, никого из них Адольф не знал.
Но вот следующий вышедший из подъезда человек заставил его пошатнуться. Точнее, даже не сам человек, а его личность. Герман Хартманн.
Он спокойно подошел к какому-то комиссару полиции и начал с ним что-то буднично обсуждать.
Отвернувшись, Адольф медленно пошел прочь. Теперь понятна такая феноменальная осведомленность полиции о конспиративных квартирах и помещениях РАФ.
Три станции метро по синей линии, и он ловит такси.
Точка R ждала его.
Точка R. Район Панков
Панков район активно реконструируется, точка была явно очень свежей, так как реконструкция началась недавно, а приписка на карте указывала именно на строящееся здание.
Проникнув внутрь огороженной территории, Адольф спустился в подвал и подошел к запертой железной двери. Замков и замочных скважин нет, а значит она заперта изнутри.
Короткий и тихий стук. Дверь открылась, но к его носу тут же был приставлен ствол пистолета.
— Зачем? — раздался вопрос от владельца пистолета.
— За германскую пастораль. — ответил Адольф.
— Заходи. — дверь приоткрылась.
В маленькой по квадратуре комнате людно. Люди вооружены и напряжены. Восемь человек, готовые убивать.
— Ты выбрался. — констатировала Андреа. — Знакомьтесь, это… Жулан. Я Иволга. Это Ондатра, Грач, Волк, Голиаф, Джинн, Дикобраз и Павлин.
— Приятно познакомиться. — разум Адольфа попытался вычислить какую-то логику в позывных. Она явно есть, но он не мог её уловить…
— Не ломай голову над этим, это связано с обозначением подразделения. Птицы, животные, мифические существа… — отвлекла его от размышлений Андреа. — Ты доказал, что являешься своим. Убийство бундеспрокурора в отставке — этого не простят никакому полицаю.
— Насчёт своих… — Адольф прокашлялся. — На точке V я видел Германа, спокойно беседующего с полицией, пока выносят тела из подъезда.
— Дьявол! Я так и знал! — вскочил молодой парень, обозначенный Иволгой как Грач.
— Тихо! — остановила его Иволга. — Ты уверен?
— Уверен. — кивнул Адольф. — Меня он не видел, а я его отчетливо.
— Это многое объясняет… — Клумп ударила кулаком стену. — Твою мать! Но он же участвовал в акциях наравне со всеми!
— Это значит, что они готовы на всё[25]. — логично сделала вывод девушка с позывным Дикобраз.
Повисла гнетущая тишина.
— Надо валить из страны, прятаться в надежде, что они не будут глубоко копать. — предложил Волк.
— Нет. — покачала головой Иволга. — Мы не можем бросить всё наработанное. Слишком рано уходить! Есть идея! Уезжать надо, но зачем уезжать далеко? Есть же Австрия!
Все начали обдумывать идею.
— На Минотавра устроили облаву. — сообщил Адольф.
— Дерьмо… — обреченно прошептала Павлин. — Нам точно конец…
— Австрия — плохая идея. — прокомментировал предложение Иволги Адольф. — Я плохо разбираюсь в местной ситуации, так как приезжий, но то, что полиция Австрии и ФРГ будет плотно взаимодействовать, ясно даже мне.
— Хорошо, что ты предлагаешь? — вздохнула Андреа.
— Есть у меня один приятель, который может забрать нас отсюда. Я свяжусь с ним, но он может сделать это не сразу. Нужно где-то пересидеть. — продолжил излагать Адольф.
— Это место ненадежно, Герман не знает о нём, но кто-то из сдавшихся может слить нас. — сказала Андреа. — И что значит, «забрать»?
— Это значит, что он просто вывезет нас мимо кордонов, полиции, прокуроров, охотников за головами, вообще всех. — ответил Адольф. — Ну так как? Мне звонить?
Управление Уголовной полиции ФРГ
— Убери от меня это дерьмо! — главный комиссар уголовной полиции, Артур Шварцкопф, отбросил ориентировку с фотографией нового подозреваемого.
— Но почему? — спросил первый заместитель главного комиссара, Герхард Шулер.
— Это же долбанный Гитлер! — воскликнул главный комиссар. — Кто рисовал фоторобот? Это шутка такая?!
— Никак нет! Фоторобот рисовали со слов Германа Хойнекена, нашего агента под прикрытием в рядах террористической группировки РАФ! — доложил первый заместитель. — Он присутствовал при убийстве Карла Оберга и Курта Ребманна.
— Серьезно?! Курт Ребманн — бывший член НСДАП! Неужели ты думаешь, что Гитлер восстал из мертвых и решил показательно казнить своего бывшего подчиненного?! — заорал Шварцкопф. — Почему тогда это был не Гиммлер?! Это же Гиммлер отвечает за внутренние чистки! Ты серьезно подсовываешь мне это дерьмо под видом фоторобота?!
