— Главный на связи, — ответил я. — Здравствуйте, господин командующий. Или мне называть вас как-то иначе?
— Э… желаю и вам здравствовать. Можете называть меня Верховный.
— Просто Верховный, без имени?
— Да, это общепринятое у нас обращение, оно вас никоим образом не принизит, уверяю.
— Приятно, что вы заботитесь о моём самолюбии. В таком случае называйте меня командор. Это также общепринятое у нас обращение и означает оно главу… скажем так… специальной организации людей.
— Военизированной организации?
— В том числе. У нас самые широкие интересы и полномочия.
— Допустим. Командор, я побеседовал с моим десантником, побывавшим у вас в плену, и у меня возник ряд вопросов.
— Постараюсь на них ответить, Верховный. В меру своей компетенции, разумеется. И обоюдного доверия между нами.
— Разумеется. Никто не знает всего и не доверяет всем. Даже, и в особенности, Сын Небесной Глуби. Сиречь Император. Кстати, он жив?
— Мы по мере возможностей следим за развитием печальных событий на Дрхене. Последнее сообщение ваших электронных средств массовой информации гласило, что Сын Небесной Глуби удалился в какую-то подземную секретную твердыню в горах, чтобы оттуда руководить борьбой с подлыми агрессорами Альянса, коварно и безответственно развязавшими ядерную войну… ну и так далее. Собственно, это было нечто вроде официального обращения вашего правительства к народам Империи. Если желаете, могу зачитать дословно.
— Оно у вас под рукой?
— Оно в памяти ЦМП — Центрального Мозга Пирамиды. Найти его — дело нескольких секунд.
— Пока не надо, спасибо. В общем, я узнаю стиль. Так Альянс напал первым?
— Это уже не имеет значения, Верховный. К нашему величайшему сожалению, ни Альянса, ни Империи больше не существует. Их остатки добивают сейчас друг друга ядерными ударами. Но боюсь, что к вечеру драться будет некому.
— И канал мгновенного перемещения, по которому мы сюда попали и который связывает этот мир с Дрхеной, закрыт?
— Да.
— Откуда вам это известно? Вы проверяли?
— Лично, разумеется, нет. Но я верю той информации, которую сообщает нам Циля Марковна.
— Кто?
— Центральный Мозг Пирамиды. Своего рода сверхкомпьютер. Мы зовем его Циля Марковна.
— Это имя человека, насколько я понимаю.
— Вы правильно понимаете. Имя женщины.
— Интересно. Вы, люди, всегда очеловечиваете технику, с которой работаете?
— Бывает. Уверен, что киркхуркхи в некоторых случаях поступают так же.
— Верно. У нас много общего.
— Может быть. Но это не оправдывает ваших намерений, Верховный.
— Откуда вам известны наши намерения? — Верховный издал странные звуки — смесь кудахтанья и скрипа несмазанных дверных петель, заменяющие киркхуркхам смех. — Может быть, мы всего-навсего собрались нанести дружеский визит?
— Ага, — оценил я шутку. — И вы всегда в рамках дружественных визитов без предупреждения стреляете из плазменных винтовок по безоружным людям? Скажите спасибо, что женщина осталась жива. Иначе мы вряд ли бы сейчас с вами разговаривали.
— Хм, стрелял, насколько я знаю, Рийм Туур. Если бы он хотел убить, он бы убил. Это тот самый дозорный, которого вы затем захватили в плен. И тем не менее отпустили. Целым и невредимым. Почему? Заметьте, я не спрашиваю, зачем вы убили двух других моих дозорных. Ножом из засады. А ведь они только и хотели, что подобрать вашу раненую.
Следовало отдать Верховному должное — он владел начатками дипломатии и умело ими пользовался. Ещё бы чуть-чуть, и мне пришлось бы оправдываться.
— Правильно делаете, что не спрашиваете, — сказал я. — Иначе, боюсь, ответ вам совсем бы не понравился. Что же касается первого вопроса, то на него я отвечу. Мы отпустили вашего дозорного, потому что надеялись с его помощью договориться. По-моему, крови уже пролилось достаточно. Как вы считаете?
— И о чём вы хотите договориться?
— А ваш дозорный не рассказал?
— Рассказал. Но мне хотелось бы услышать от вас.
— Что ж, понимаю. Наше предложение такое. Вы немедленно возвращаетесь в точку прибытия и пробуете вернуться через канал к себе, на Дрхену. Это в том случае, если канал к тому времени откроется и вы захотите вернуться на родину. Хотя бы для того, чтобы проверить, действительно ли там случилась ядерная катастрофа. Мало ли, вдруг мы вам убедительно соврали и на самом деле всё в порядке?
— А вы соврали?
— Увы, нет.
— Допустим. А если канал действительно закрыт? Или открыт, но возвращение на Дрхену сейчас означает неминуемую гибель?
— В таком случае вы расчищаете площадку для нашего транспортного средства, складываете оружие и ждёте.
— Чего?
— Переправки в другое место. Подальше от нас, Пирамиды и местного населения. Если Рийм Туур не доложил, то я сообщу: на этом континенте живут люди. Они находятся в ранней стадии развития, но это люди. Не киркхуркхи.
— Он доложил. И куда же именно вы собираетесь нас переправить? И каким образом?
