Что ж, всё когда-то случается впервые. И неважно, что всю кровавую работу сделали за нас боевые роботы, созданные к тому же древней и давно исчезнувшей расой, совсем не важно. Потому что управляли ими мы. Конкретно – Женя Аничкин. Но всё равно под моим непосредственным руководством и с молчаливого согласия остальных.
- Потом считать мы стали раны, товарищей считать, – пробормотал Влад. – Интересно, у киркхуркхов был свой Лермонтов?
- Наверняка, – сказала Маша. – Мы не успели глубоко изучить данный вопрос, но уже ясно, что ни одна разумная раса не чужда поэзии.
- Да уж, поэзии у нас сегодня было хоть отбавляй, – саркастически заметила Оля. – А сколько ещё предстоит – страшно и подумать.
- Мы их предупреждали, – не удержался я от расхожей фразы, прекрасно осознавая, что звучит она как некое оправдание.
- И... сколько убитых? – кашлянув, спросила Марта.
- Вот сейчас оставшиеся в живых соберутся на берегу, сложат оружие, и мы посчитаем, – ответил Женька. – Но уже и сейчас ясно, что потери киркхуркхов... очень велики, скажем мягко. Думаю, не меньше двух третей состава. Если не три четверти. Те, кто сумел преодолеть озеро и вылезти на пандус, вообще легли почти все. Неполное отделение наших «железных мальчиков», что я на всякий случай оставил охранять главный вход, расстреляло их, как в тире. В упор. Хорошо, если трое-пятеро спаслись вплавь.
- А сколько мы потеряли роботов? – осведомился я.
- Тоже немало. Особенно в первый час боя. Двадцать восемь в общей сложности. Но безвозвратно – только шесть или семь. Остальные, уверен, подлежат ремонту и полному восстановлению.
- Неплохо сражались киркхуркхи, – сказал Влад. – Теперь вижу, что это Имперский десант.
- Ты большой специалист по действиям Имперского десанта киркхуркхов? – приподняла брови Маша.
- Десант вообще и десант имперский в частности везде одинаков, – вздохнул Борисов. – Ключ к менталитету в самом названии.
- Да, – сказал Никита. – Безумство храбрых. Приказы не обсуждаются, честь мундира и всё такое прочее. На что они рассчитывали? Что мы блефуем?
- И на это тоже, – вздохнул я. – Но больше всего, вероятно, на фактор неожиданности. Пройти ночью по дну реки... да, этого варианта мы не учли.
- Если б не отозвали Локотка, знали бы, – не преминула заметить Маша. – И, возможно, обошлось бы без крови и смертей.
- Без крови и смертей с самого начала не обошлось, – возразил Женька. – Зато теперь они полностью деморализованы, и у нас с ними будет гораздо меньше проблем.
- Хорошо бы, – сказал я. – Но в ближайшее время проблем всё равно хватит. Похоронить мёртвых, вылечить раненых... Странно, почему до сих пор никто не выходит с нами на связь. Боятся, что ли?
И немедленно, словно в ответ на мою реплику, подала голос Циля Марковна:
- На связи Рийм Туур. Вызывает кого-нибудь из людей. Предпочтительно командора Мартина. Будете отвечать?
- Конечно, – вздохнул я. – Соединяйте.
Я угадал. Проблем у нас сразу же возникло выше крыши, только успевай поворачиваться. Хорошо ещё хоть Аничкину удалось перепрограммировать часть боевых роботов и сколотить из них что-то вроде похоронной команды. А то ведь собрать по лесу, выловить из озера и похоронить двести сорок мертвецов – это вам не в ближайший супермаркет за покупками прогуляться. Заставить же заниматься этим полторы сотни оставшихся в живых, но совершенно измученных киркхуркхов, из которых к тому же половина лежала на берегу с ранениями и ожогами той или иной степени тяжести, и вовсе было нереально. Или негуманно. Что в данном случае означало одно и то же. Нет, конечно, заниматься похоронами им тоже пришлось (в конце концов, это были их мёртвые товарищи), но без помощи роботов вряд ли бы получилось справиться с этим не самым приятным делом столь быстро.
И ещё нам повезло с погодой.
К тому времени, когда Верховный вслед за командирами сотен и вместе с единственным своим небольшим резервом погиб в бою, а Имперский десант решил сдаться и сложить оружие, чтобы не быть уничтоженным до последнего солдата, прибрежный лес горел в нескольких местах, и очаги пожара неумолимо разрастались, подгоняемые свежим юго-западным ветерком. Для нас, сидящих в Пирамиде, этот пожар не представлял ни малейшей опасности. Однако перспектива иметь под боком пепелище вместо зелёного и живого леса не радовала совершенно. Наверное, мы могли бы что-то предпринять по этому поводу. Если бы знали, что именно. Предложение Женьки накачать в трюм имеющегося у нас планетолёта воды из озера, а затем опорожнить его там, где сильнее всего горит, было отвергнуто. Не потому, что сделать это не представлялось возможным, а из-за того, что данная операция потребовала бы слишком много времени.
Нужно было или тушить лес быстро, или не тушить совсем. И мы совсем уж было смирились с потерей красивого пейзажа на северном берегу, как неожиданно ветер усилился, резко переменился на юго-восточный, и на Пирамиду со всеми её ближайшими окрестностями стремительно надвинулась гроза.
