Мощному ливню, хлынувшему на землю вслед за положенными громами и молниями, хватило получаса, чтобы погасить огонь, а заодно и очистить насыщенный дымом, запахом гари, крови и смерти воздух.
Собственно, на самые неотложные дела нам хватило полутора местных суток, которые – вот удача! – были на час длиннее земных. За это время удалось:
1. Принять капитуляцию и разоружить оставшихся в живых десантников.
2. Устроить для них временный лагерь на берегу озера и организовать надёжную охрану всё из тех же боевых роботов, чья функциональная гибкость оказалась просто удивительной.
3. Похоронить мёртвых киркхуркхов в одной большой братской могиле, вырытой живыми киркхуркхами на ближайшей лесной поляне.
4. Активировать и доставить на берег озера четыре экспресс-госпиталя.
5. Вылечить почти всех раненых. Шестерых, самых тяжёлых, спасти, увы, не удалось. Всё-таки киркхуркхи – не люди, а полностью перенастроить экспресс-госпитали под анатомию и физиологию пятиглазых мы не смогли.
6. Доставить в Пирамиду повреждённых в бою роботов, чтобы позже заняться их ремонтом.
7. И, наконец, полностью подготовить атмосферный катер для последующей переброски киркхуркхов на выбранный нами остров в экваториальной зоне Западного полушария.
Конечно, вымотались мы все за эти тридцать восемь часов донельзя. Собственно, продержаться, сохраняя высокую активность, удалось только на лёгких стимуляторах, которые не без помощи Цили Марковны удалось подобрать и синтезировать Марте.
Зато теперь с чистой совестью можно было ложиться спать, оставив киркхуркхов на попечении недремлющих сенсоров ЦМ и роботов-охранников. Вплоть до утра следующего дня, на которое было распланировано переселение. Что мы все с удовольствием и сделали. Тем более что в виде исключения я отменил на эту ночь обязательную вахту в машинном зале.
Открывать глаза решительно не хотелось.
Однако тот, кто тряс меня за плечо, с маниакальной настойчивостью повторяя одно и то же: «Мартин, вставай! Проснись же, Мартин!», явно собирался разбудить меня во что бы то ни стало. И это ему удалось. Точнее, ей. Потому что, разлепив-таки веки, я обнаружил, что роль будильника взяла на себя Марта.
Что ж, о таком симпатичном будильнике можно только мечтать. При условии, что ты как следует выспался.
- Который час? – задал я вполне естественный вопрос, садясь на кровати.
- Два часа ночи, – ответила Марта и протянула мне дымящуюся чашку. – Кофе. Глотни, сразу проснёшься.
- Ты уверена, что мне стоит просыпаться? – Я принял чашку двумя руками и, как мне показалось, умоляюще посмотрел на Марту. – Семь часов сна за двое суток – явно недостаточно для полноценного функционирования моего организма. Включая мозг.
- Увы... – Марта уселась в кресло напротив и закинула ногу за ногу.
Короткий халат, в который она была облачена, открыл моему взору соблазнительнейшую картину, и я почувствовал, что определённая часть моего организма всё-таки начинает просыпаться. И очень быстро.
Вовремя сообразив, что Марта вряд ли стала бы меня будить только ради этого, я опустил глаза в чашку и сделал несколько осторожных глотков.
Всё-таки нет лучшего средства, чтобы быстро проснуться, чем кофе в постель. Во всяком случае, для меня. Чашка опустела, а я понял, что уже могу думать не только о гладких бёдрах Марты. И даже при необходимости встать с кровати.
- Так что случилось? Киркхуркхи голыми руками перебили охрану и скрылись в лесу?
- Хуже. Кажется, у нас гибнет ещё один мир. Меня Циля Марковна разбудила.
О господи...
- Остальные знают?
- Пока нет. Как оказалось, все предусмотрительно отключили с ней связь. Кроме меня.
- Значит, у нас есть время, – сделал я вывод и поставил чашку на прикроватную тумбочку. – Как думаешь, за пятнадцать минут этот самый ещё один мир не погибнет окончательно?
- По-моему, это безответственно, – неуверенно произнесла Марта. – Нет?
- Что может быть ответственней любви? – резонно возразил я. – Не знаю пока, с кем там и что случилось, но уверен, что полчаса ничего не решат. Иди сюда.
- Кто-то только что толковал о пятнадцати минутах, – усмехнулась Марта и с ленивой грацией поднялась с кресла.
Ох, умеет свести с ума эта женщина, когда захочет...
Но и вовремя ставить мозги на место умеет тоже.
При этом вполне деликатно и ненавязчиво – так, что кажется, они сами пришли в норму без всякого вмешательства со стороны.
Я и «мяу» сказать не успел, как уже согласился встать, одеться, съездить в машинный зал, узнать в подробностях о том, что случилось, а уж затем выбирать одно из трёх: будить остальных, ложиться с Мартой в постель или опять же ложиться в постель, но уже одному.
- Третьего варианта не будет, – сообщил я Марте, когда мы встали на живую дорожку. – Даже не надейся.
- Я как раз очень надеюсь, что его не будет, – улыбнулась Марта. – Но ведь у мужчины должен быть выбор, не так ли?
