- Чёрт возьми! – воскликнул Влад. – Какое великолепное подтверждение тому, что наши предки из каменного века соображали не хуже нас. Где-то я читал, что прививки от оспы умели делать не только в Древнем Китае, но и в первобытных африканских племенах. И вот вам – пожалуйста! Извини, Свем, за то, что перебил. Не смог удержаться.
- Охотно, – показал в улыбке крепкие белые зубы Свем. – Я не до конца понимаю, о чём ты говоришь, но, кажется, догадываюсь. Да, этот чужак сумел убедить старейшин, а затем и всех остальных, что этот его на первый взгляд ужасный и просто-напросто невозможный способ поможет. При этом честно предупредил, что некоторые всё-таки могут умереть. Но зато те, кто выживет, уже точно больше не заболеют, и племя навсегда избавится от страшной заразы. Так оно и вышло. После того, как всех оцарапали отравленными иглами, племя свалилось в жару и бреду. Но уже через два дня многим стало лучше, а ещё через три почти все выздоровели. Умерло только несколько человек, как чужак и предсказывал. Но после этого он уже не был чужаком – его приняли в племя, и очень скоро он стал новым знахарем.
- Поучительная история, – сказал Женька не без доли сарказма. – Ты предлагаешь нам отправиться к айредам и сделать всем желающим и даже, возможно, нежелающим прививки?
- Не всем, – ответил охотник. – Всем не получится, потому что, как ты правильно сказал, нас только восемь, и кто-то ещё должен остаться здесь. Но можно спасти хотя бы малую часть. Мы им покажем, как это делается. Они научатся и потом уже сами будут спасать остальных своих сородичей.
- Интересно, – задумчиво произнесла Оля Ефремова. – Что сделали бы в земном средневековом чумном городе с чудно одетыми пришельцами, которые швыряются молниями, разговаривают при помощи волшебных коробочек на груди и заявляют, что сейчас они чуть-чуть заразят чумой тех, кто пока ещё здоров, но потом обязательно вылечат?
- Н-да, – почесал в затылке Влад. – Вопрос, прямо скажем, резонный. И хуже всего, что ответ на него лично я знаю наверняка. Дохлый номер. Сожгут нас на городской площади, как пособников дьявола, и даже имени не спросят.
- Как это – сожгут? – возмутился Женька. – Мы что, безоружными туда полезем?
- Если обозлённая толпа навалится, то и плазменная винтовка киркхуркхов не поможет, – сказал Никита. – Не говоря уже о твоём «вальтере».
- К тому же мы, кажется, собираемся их лечить, а не убивать, – добавила Марта.
- Чёрт, – подумав, согласился Женька. – Вы правы. Если б можно было отправить туда вооружённый отряд хотя бы человек в тридцать, то мы бы просто запугали граждан отдельно взятого города, временно захватили там власть, насильно провели вакцинацию и – нате, живите! А там бы дальше народ сам разобрался, что делать. Но силами двоих-троих такой фокус не провернуть – слишком большой риск.
- Сколько у нас времени? – спросил Влад. – Я так понимаю, что время сейчас главный фактор.
- Оно всегда главный фактор, – вздохнул я. – Думаю, пара месяцев. Возможно, чуть больше.
- Потом спасать будет просто некого, – добавила Марта.
- Оскар, а вы как считаете?
- Согласен с Мартином и Мартой. Я им уже говорил, что это первый случай среди гуманоидных цивилизаций на моей памяти. Даже самые страшные пандемии уничтожали не более трети всего населения планеты, а затем прекращались.
- У людей так или иначе вырабатывался иммунитет? – спросил Влад.
- Да. Мало того, к тому времени, как болезнь выкашивала, скажем, четвёртую часть, она уже начинала замедляться, и к тому времени, как потери приближались к трети, практически останавливалась. Здесь же ни о каком замедлении и речи нет. Наоборот.
- На Лекте как раз умерло около трети, – сказал Женька, глядя на монитор терминала с последними данными от Цили Марковны. – Девяносто из двухсот пятидесяти миллионов. Может, как раз сейчас и начнётся замедление?
- Может быть, – пожал плечами Оскар. – А может быть, и нет. Опять же повторюсь, случаи, когда цивилизации при пандемии вымирали полностью, до последнего индивида, на моей памяти тоже были. Так что думайте сами, как поступить – ждать или действовать.
Теперь все посмотрели на меня. Молча. Даже Женька не подал обычной реплики.
