— Я сама это видела глазами белой вороны. Она сожгла все три. Пепел забрал Шевитья. И поручил Баладитаю избавиться от него щепотка за щепоткой, передавая его тем, кто путешествовал по равнине.
— Да, я сам перевез немало пепла, когда мы с Суврином исследовали равнину. А что?
— Пожалуй, древнее человеческое любопытство. Все, и Обманники с этим тоже вроде бы согласны, полагают, что Дщерь Ночи — или тот, кто унаследует ее работу в случае ее неудачи, — должна иметь Книги мертвых, чтобы завершить ритуалы Года Черепов. А раз нет книг, то нет и воскрешения. Я прав?
Ответа я не получил. Потому что его никто не мог дать. Ведь точный ответ фактически не знал никто. Возможно, даже моя сбившаяся с пути дочурка или бедный старый обманщик, а теперь очень мертвый Нарайян Сингх.
— Но ведь старая ведьма все еще пытается, разве нет? — напомнила Госпожа.
— Кто бы спорил?
Госпожа и Тобо не нашли в Нидже ничего интересного. Гоблин не сбросил кожу и не оставил в укромном месте секретный знак Обманников. Он просто сбежал, едва подвернулась возможность и едва кто-то понял, что он может быть причастен к убийству Нарайяна.
В Нидже к нам присоединился дядюшка Дой, а с ним и отставшие от армии солдаты, собравшиеся здесь. У Дремы не будет проблем с дезертирами. Эти парни не знали никого за пределами Отряда и не знали ни слова на таглиосском или любом другом местном языке.
Вместе с ними численность нашего отряда перевалила за сотню, когда мы двинулись дальше. Из исходной группы не хватало лишь Призрака и Панды, которым была оказана сомнительная честь остаться и следить за вратами.
Закончив поиски улик, Госпожа отвела Доя в уголок и спросила:
— Где тело?
— Что?
— Нарайян Сингх. Что вы сделали с его трупом?
Мы с Тобо переглянулись. Этот вопрос никому из нас не пришел в голову. А ведь не помешает еще разок убедиться, кто именно был задушен. Ведь Нарайян Сингх не зря слыл принцем Обманников и любимцем Кины.
Один из раненых, оставленный в гарнизоне Ниджи, вызвался ответить:
— Его бросили в старую выгребную яму, а потом засыпали землей и камнями из новой, госпожа. А новую выкопали так, как вы велели, господин.
Я приобрел репутацию сторонника строгой дисциплины в этих делах еще с тех дней, когда только вступил в Отряд. И когда к здоровью, гигиене и избавлению от отходов относились так, как я приказывал, в Отряде становилось заметно меньше проблем с болезнями, чем среди людей, которые все делали по-своему. Однако кое с кем спорить было невозможно, поэтому я просто отдавал приказы и добивался их выполнения.
— Выкопайте его, — приказала Госпожа. А когда никто не бросился за кирками и лопатами, она вдруг тускло засветилась, начала разбухать и даже отращивать клыки.
Вот тогда все и кинулись за лопатами.
— Интересное было зрелище, — заметил я.
— Я над этим работала с того дня, как превратила в труху то дерево. Усилий и энергии отнимает немного, зато внешне, наверное, впечатляет.
— Даже очень.
Эксгумация Госпожу удовлетворила. В яме лежало тело. Оно имело сходство с Нарайяном Сингхом и даже покалеченную ногу. И еще оно неестественно хорошо сохранилось — если принять во внимание то место, где его закопали.
— Итак? — спросил я, когда она зашла настолько далеко, что даже выпотрошила покойника. Понятия не имею, что она ожидала обнаружить.
— Похоже, что это он. Учитывая, кому он служил и кто его любил, я была почти уверена, что тела мы там не найдем. А если и найдем, то не тело Нарайяна.
Если честно, она и не хотела обнаружить тело Нарайяна. Потому что не желала, чтобы Сингх столь легко избежал ее мести.
— В реальной жизни не хватает драматичности, — сказал я. — Прибереги ее, чтобы потом обрушить на Гоблина.
Она ответила мне зловещим взглядом.
— Точнее, на того, кто овладел Гоблином. — Настоящий Гоблин сейчас был бы моим старейшим оставшимся в живых другом.
Госпожа разрезала труп Нарайяна на кусочки. И в последующие несколько дней оставляла за собой дорожку из этих кусочков — для насекомых и стервятников. Но голову, сердце и кисти рук она положила в кувшин с уксусом.
Я не спросил, зачем или есть ли у нее какой-либо план. Бегство Нарайяна привело ее в настроение, слишком не подходящее для светской болтовни.
Несколько раз я подслушал, как она проклинает тот факт, что в мире больше не осталось великих некромантов.
Она еще вызовет Нарайяна из рая или ада и заставит его заплатить за похищение нашей дочери.
К нам пришла младшая из Ворошков — та, которую мы взяли в плен.
— Седвод только что умер, — сказала она на неплохом таглиосском. Все это время она смотрела на Тобо.
Я пошел проверить. Больной парень действительно скончался. А я так и не понял, из-за чего.
И решил, что в его смерти тоже, пожалуй, можно обвинить лже-Гоблина.
Дрема удивила нас всех. Сперва она взвилась, узнав о нашем общении с Душеловом, но большого скандала не устроила.
— Я к такой ситуации не готова. Тобо, полагаю, ты предпринимаешь меры к тому, чтобы помешать Протектору наблюдать за нашими действиями?
