Райцентр но самом деле не был деревней. Свежий деревенский воздух говорил о том, что цементный и машиностроительный заводы всем коллективом вступили в партию зеленых и закрылись на замок навсегда. Чем занимались люди в Светлореченске, Николай не понимал. Поражало их терпение и расхожее присловье: «Не война, да и ладно. С голоду не помираем». Жуткий оптимизм угнетал. Лучше б жаловались, так нет, все у них хорошо. «Такая вот безысхода, доживание без цели», – мрачно думал Коля, гуляя по любимым тропинкам заросшего пруда.
– Колька! Колян! Николай! – услышал он неожиданный окрик.
Обернувшись, Николай увидел коренастого человека с выбритой под зеркало головой в ярком щегольском пиджаке и модном платке, повязанном под горло.
«Так одеваются в Голливуде звезды», – подумал Николай.
Глаза, горящие карими огоньками, были явно знакомыми, они светились из далекого детства.
– Не узнаешь, Колян, друга Юрку? – загромыхал щеголь, бросаясь в объятия.
– Как же узнать с таким прикидом и лысиной? С таким прикидом я и себя-то не узнаю, – пошутил Коля, внимательно рассматривая собеседника.
Конечно, это был Юрка, Юрка Борисович! Почему-то в школе его звали Борисом. Странный народ – дети. Все называют по-своему, не по правилам.
– Ты откуда, Колян, приехал в нашу родимую дыру? – похлопывая Колю по плечу, поинтересовался Юрка.
– Я в Москве живу, – быстро ответил Николай.
– А я где? Как ты думаешь? – Юрку явно не интересовала жизнь Николая, не интересовала и Москва.
– Даже и не знаю, но выглядишь ты суперимпозантно, – ответил Николай.
– Подумай! Посмотри на меня внимательно. Ну, кем я работаю? Включи мозги. Намекаю. Посмотри на плечи! – Николай сразу обратил внимание на атлетический вид одноклассника.
– Шахтером? – понимая, что говорит глупость, спросил наугад ошарашенный Коля.
– Да ты что, земеля? Колян, где ты видел, чтоб шахтеры в «Версаче» одевались? У меня прикид один на годовую зарплату бригады шахтеров!
– Я хотел сказать – актер, а получилось – шахтер. От волнения оговорился. Ну да ладно, не пытай меня. Не знаю, сдаюсь.
Николай уж было подумал, что его Юрка – бандит или бывший бандит из числа спортсменов, но обижать друга детства он никак не хотел.
– Я циркач, – победно произнес Юрка.
– В каком смысле? – переспросил его, недоумевая, Коля.
– Как в каком? Что ни на есть в прямом! Я акробат международного масштаба! Как присвоили заслуженного артиста России, так сразу и рванул на заработки в Америку.
– Ну, ты, Юрка, даешь! Ты заслуженный артист? – только и вымолвил Николай.
– Ну да, брат, заслуженный. Живу в Лас-Вегасе. Даю по три шоу в день. Тяжело, но за год купил там квартиру, машину, перевез семью.
– Так ты навсегда уехал? – спросил Коля.
– Навсегда, брат, думаю, точно навсегда. Америка – это моя страна! Там платят за талант не званиями, а деньгами. Хоть два часа спал, хоть полупьяный, все равно – на арену. А там только ты и зритель. Есть аплодисменты – есть успех, денежки тебя прямо за занавесом ждут.
– Никогда не подумал бы! Ты – и в Америке! Ты ведь учился, помнится, слабовато.
– Да ладно, Колька, для акробата это неважно! Цирковое училище я закончил, а дальше – труд и развитие таланта! Знаешь, как было здорово в Росцирке работать, но, гады, мало платили, – с грустью произнес Юра.
– А почему мало-то? – удивился Николай.
– Да, Колян, ты в науках академик, а в жизни главное – деньги. Век циркача короткий. Вот ты знаешь, почему Америка процветает? – неожиданно задал вопрос Юрка.
– Много факторов, – уклонился от ответа Коля, внимательно осматривая одноклассника. Да, это был другой Юрка! Это был удачливый Юрка! Перед ним стоял уверенный в себе Юрка!
– Все очень просто, Колян. Америка дает самореализоваться человеку и платит ему сполна. В России самореализоваться можно, но платить тебе не будут. Пусть ты даже золотой мальчик. Все равно будут обманывать. Себе в убыток обманывать. Не постижимые умом традиции. Смотри, Колян, сколько платят учителям, врачам, ученым, пенсионерам. Жуть одна. Училка наша с тобой классная в нищете живет. Пришел я к ней вчера, триста баксов дал, а она мне руки целовать. Лекарства купить не на что. Тьфу, позор, – сплюнул смачно Юрка.
– Да, беда! – грустно подтвердил Николай. Ему стало жутко стыдно, что он даже не подумал заглянуть к своей классной, которая любила его больше всех, а Юрка-двоечник оказался человеком с большой буквы. – Да, Юра, здесь с кем ни заговори, все к бедности приходишь!
– А ты что хотел, Колян? Так будет в России всегда! Пока людей ценить не будут, нет будущего у России!
– Ты прямо афоризмами заговорил.
– Я, Коля, в отличие от тебя, природный ум и талант имею. Не по книжкам жизнь изучил. Весь мир исколесил. Познал успех на своей коже, на своем акробатическом хребте!
– Ну ты из меня-то дурака не делай, – раздраженно возразил Николай. Циркач задел его за живое.
– Не обижайся, брат. Вот Лас-Вегас – философия успеха. Люди в пустыне создали сказочный город.
– Город пороков и разврата!
