Папа вдруг спохватывается, пронзительно, с прищуром смотрит мне в глаза:
— А ты это… в качестве прогноза на будущее говоришь? Теоретически?
— Нет, практически, — неделикатно режу я. — С прицелом на самое ближайшее будущее. Через семь месяцев.
У папы отвисает челюсть. Мама громко охает и, прижимая руку к груди, откидывается на спинку стула.
Ну извините, мои дорогие, так получилось…
Знакомство с родителями Сережи дается мне легче, я просто плыву по течению. Не скажу, что сильно волнуюсь перед встречей, волноваться мне вредно, скорее испытываю неловкость. С родителями первого мужа знакомилась тоже уже в качестве невесты. Но тогда мы были равноценными единицами, бедными студентами из простых семей. Сейчас я понимаю, что меня могут принять за хищницу, захотевшую поймать на две полоски ценного самца. Глупо с порога доказывать чистоту своих помыслов. С этим просто придется смириться, хотя бы на время. Морально готовлюсь к косым взглядам и двусмысленным фразам. Но ожидания не сбываются.
Сережины родители принимают радушно, неудобных вопросов не задают. Не могу понять, то ли они действительно интеллигентные люди, привыкшие уважать выбор сына, то ли Сережа провел серьезную разъяснительную работу. Этот может.
Свадьба получается такой, как я хотела, тихой и душевной. День теплый и солнечный, еще продолжается бабье лето. Фотографии как в ЗАГСе, так и на природе выходят просто восхитительными. На лицах наших гостей искренние улыбки, а в тостах и поздравлениях звучит много мудрых и красивых слов. Единственное, что омрачает нашу свадьбу — от богато накрытого стола невесту мутит. К ни го ед. нет
Беременность для меня — это месяц тошниловки и потом еще почти семь месяцев кайфа. Следить, как растет животик, прислушиваться к своим ощущениям и, наконец, почувствовать шевеления малыша — это ни с чем не сравнимый опыт! В целом я чувствую себя прекрасно, и повышенная забота и предупредительность Серёжи порой излишни. Но приятно до кончика хвоста!
Однажды в конце октября отправляемся вместе с мужем на шопинг. Моя одежда становится тесной, срочно нужно обновлять гардероб, да и зима не за горами. Предпочитаю делать покупки в знакомом торговом центре, но в этот раз поход по магазинам не доставляет мне никакого удовольствия.
— Здесь душно, и пить очень хочется, — жалуюсь я.
— Так что сначала: на воздух или пить? — переспрашивает Сережа. — Или так: ты выходи на улицу, а я сгоняю за водой.
— Не оставляй меня, — ною я. — Давай вместе купим воду, тут недалеко.
Я веду его к фудкорту. Вижу в зале знакомую пальму, за которой пряталась, когда выслеживала Свету и Сашу. Вспоминаю и улыбаюсь.
— Ты чего? — удивляется Сережа.
— Да так, воспоминания.
— И у тебя? Приятные, надеюсь? А то мне здесь однажды не повезло. Нужно было перекусить по-быстрому. Взял гамбургер и кофе. А на меня одна девчонка из-за этой самой пальмы вылетела, едва не сбила с ног. Я и не заметил, что пятно от кофе на рукаве рубашки осталось. Увидел только в офисе. За столом переговоров. Стыдно было — жуть.
— Меня уборщица своей машиной чуть не задавила, — растерянно оправдываюсь я. — Хотя, может, это и не я была…
— Точно, точно, рыжая! Рыжая она была. То есть ты…
Сережа хохочет, а мне не смешно. Даже уже не чувствую духоты, и пить расхотелось.
На день рождения муж преподносит мне… соленые ириски. На крафтовой коробочке, перевязанной алой атласной ленточкой написано: «ирис с розовой гималайской солью».
Я театрально воздеваю руки к небу:
— Где ты был, когда меня мучил токсикоз? Так хотелось чего-то несочетаемого, сладко-соленого, какой-нибудь гадости типа соленых огурцов с медом.
— Кстати, это отличная закуска к самогону, — смеется Сережа.
Открываю и пробую. На самом деле никакого выраженного соленого вкуса у конфеты нет, обычная ириска, просто не приторно-сладкая, капелька соли придает вкусу некоторую глубину.
Новый год мы с Сережей встречаем только вдвоем. Ведь больше никогда не повторится момент, когда год, соединившись нас, уступает место году рождения нашего малыша. Все новогодние каникулы разъезжаем по гостям: навещаем моих и Сережиных родителей, друзей и, конечно, сестру, с которой видимся теперь нечасто.
Света относится к Сереже несколько настороженно, уж очень наша история напоминает ее скоропалительное неудачное замужество в двадцать с хвостиком. А вот с Сашей мой муж быстро находит общий язык. Консультируется с ним во всем, что касается моего положения. Опять же с Сашиной подачи решает, что буду рожать по контракту. Он все устроит, но у меня будет возможность выбрать доктора.
Врача я выбираю не столько по рекомендациям, которые даны Сашиными коллегами, получены, так сказать, через третьи руки, сколько по отзывам в интернете. И по фото. Лицо у Андрея Станиславовича открытое, располагающее. И в первые же минуты личного общения окончательно утверждаюсь в мысли — это мой врач.