Глаза немного привыкли к темноте, я смогла разглядеть, что тётушка Васелина и Наталка уже сидят на телегах, поджав ноги. А вот мужчины явно собирались держать круговую оборону, беря в руки серпы и длинные палки.
Настоящее оружие было только у Николаса и Михайло, широкоплечего бородатого кузнеца с огромными ручищами. Боюсь, только толку от их ружей будет совсем мало, особенно если животные решать нападать сразу всей стаей.
Сколько они успеют убить? Одного? Двух? У них же не автомат а, насколько я рассмотрела, что-то вроде довольно примитивного карабина.
Палки – тоже так себе оружие. Серп – это уже серьёзнее, но воспользоваться им можно только на очень близком расстоянии, когда хищник уже готов в тебя вцепиться. И это ещё опаснее, поддавшись панике, человек обычно начинает размахивать холодным оружием в разные стороны и может поранить и себя, и своих товарищей. Я во время службы мужа в войсках всякого насмотрелась.
Ночь лишь усугубляла эту опасность, притаившийся в темноте враг опасен вдвойне. Тем более, у него есть преимущество – ночное зрение. А у нас костёр давным-давно потух.
Я попыталась вспомнить, не осталось ли немного хвороста, но на месте былого кострища топтался табун лошадей. Нечего было даже думать, что-то там отыскать – затопчут. Нужно придумать что-то ещё.
Отыскав в толпе Джими, я кинулась к нему:
- Мне нужен жир или масло, всё, что может гореть!
- На моей телеге есть бутыль, - кивнул он.
- Давай скорее и твою палку тоже!
Пока он разыскивал среди тюков бутыль с маслом, я вытащила из своего узла кусок грубого полотна, кажется, это была юбка, и принялась плотно обматывать им один конец палки, закрепляя всё прочной бечевой.
- Лей! – велела я Джими, подставляя обёрнутый тканью палку. – Давай, давай, чтобы хорошенько пропиталось!
Парень старательно размазывал масло по ткани, а я, обернувшись, крикнула:
- Тётушка, Васелина, мне нужно ваше огниво!
Спустя минуту высекаемые огнивом искры упали на пропитанную маслом ткань, и мой самодельный факел вспыхнул, медленно разгораясь.
- Держи, - я сунула древко в руки изумлённого парнишки, - а мне нужно к бабушке.
Только далеко отойти я не успела, возле нас словно по волшебству появился Николас. Окинув факел внимательным взглядом, он коротко спросил:
- Можешь сделать ещё?
- Мне нужна мешковина, масло и любая длинная палка, - кивнула я.
Джими передал свой факел одному из мужчин, а сам принялся мне помогать. Вскоре было готово ещё три факела, они ярко горели, рассекая темноту своим пламенем.
В ответ ночная мгла смотрела на нас десятком светящихся хищных глаз. Извечный страх перед горящим огнём заставил шакалов отступить, но не уйти. Они взяли лагерь в кольцо, терпеливо дожидаясь от нас любой, даже самой маленькой ошибки. Время от времени животные запрокидывали головы и к небу летел протяжный вой, рассыпаясь по телу сотней холодных мурашек.
- Чего они ждут? – шёпотом спросила я Джими.
- Когда мы устанем, - в ответ неожиданно послышался голос Николаса. – Хищники обычно выбирают самую слабую цель, а потом терпеливо выжидают, когда она отобьётся от своих, тут-то они и нападают сразу всей стаей.
- Значит, они не уйдут?
- Почему же, уйдут, когда поймут, что мы сильнее. Но сначала попытаются ещё раз напасть.
- Но факелы… животные же боятся огня!
- Голода они боятся больше. Часто он бывает сильнее страха или разума, толкая на необдуманные поступки.
Я кивнула, прекрасно понимая, о чём он говорит.
- Вы хорошо стреляете? У вас так мало оружия… может, выстрелы отпугнут их?
- Боюсь, запах крови их только раззадорит.
- Тогда вам следует лучше подготовиться.
- Что вы имеете в виду?- в голосе Николаса проскользнули нотки любопытства.
- Серпы, ими можно убить, но только на очень близком расстоянии. Не лучше ли привязать их на палки? Это позволить держать некоторую дистанцию. В такой ситуации даже заострённые колья - и то лучший вариант.
- Забирайтесь-ка вы на телегу, кажется, у их вожака заканчивается терпение, - посоветовал Николас. – Джими, присмотри за женщинами!
Вернувшись к бабушке, я с удовлетворением заметила, как Николас подходил к некоторым из мужчин, те кивали и принимались прикручивать свои серпы к палкам шнурками или бечевой. А у кого-то в телеге даже нашлись вилы.
Один из шакалов завыл особенно громко и жалостливо, после чего вся стая бросилась вперёд. Животные умело обходили горящие факелы, стараясь прорваться в центр лагеря. Не знаю, что их больше привлекало: лошади или люди.
Наверное, всё же лошади, что испуганно ржали, сбившись в одну кучу. Вероятно, шакалы понимали, что человек - слишком опасный противник и поэтому старались проскользнуть мимо вооружённых серпами и палками мужиков.
И некоторым это удалось. Сразу два шакала сумели прорваться сквозь заслон. Один с разбегу попытался прыгнуть на шею ближайшей лошади, но тут раздался выстрел. Шакал взвизгнул, крутанулся в воздухе, и упал.
Второй решил применить другую тактику, он принялся хватать лошадей за ноги. Те, взбудораженные запахом хищника били копытами и вставали на дыбы.
