- Судя по храпу, этот боров проснётся ещё не скоро. Утром мачеха придёт за оплатой и не сможет открыть дверь. Ей придётся ждать, когда он проснётся и обнаружит, что меня нет в комнате. Так у нас будет ещё немного времени, чтобы успеть скрыться, - пояснила я, не забывая внимательно осматриваться и прислушиваться к каждому шороху.
Не хватало, чтобы нас обнаружили в самый неподходящий момент. Хорошо, что в этой части дома обычно селили слуг, а господские комнаты располагаются довольно далеко - на втором этаже.
Бабулю так и вовсе выселили в комнатку, где прежде жила горничная. Узкая каморка, где помещалась кровать, шкаф, и тумбочка, заменяющая тут стол.
Я, не долго думая, поступила, как и со своими вещами: сдёрнула с кровати простыню, вывалив на неё содержимое шкафа. В самом углу, заметила висящее на плечиках платье горничной и очень обрадовалась, ведь я до сих пор была одета только в длинную ночную сорочку, на которой расплывалось огромное алое пятно от пролитого вина.
Платье пришлось впору, бабушка уже без вопросов, помогла мне застегнуть целый ряд крошечных пуговичек, а затем натянула на голову чепец, пряча под ним мои растрёпанные волосы.
За окном начинало светать.
- Надо поспешить…
Я решительно завязала узел с вещами, поторапливая бабушку.
- Подожди! Шкатулка! – словно опомнилась она и, приподняв матрац, вытащила плоскую деревянную коробочку. – Тут грамотка о твоём рождении, пояснила она,- и документы на поместье Маршес, доставшееся тебе от матери.
- Бабушка, – я покачала головой, - как они у тебя оказались?
- После смерти Алисии твой отец совсем забросил дела, мне самой пришлось ехать к нотариусу, чтобы получить документы на поместье, которое переходило тебе по праву рождения. Для этого нужна была грамота о рождении и твой отец дал мне её. Просто, я забыла вернуть, а потом и вовсе не до того стало.
А бабуля-то не промах, - подумалось мне. Она явно любила внучку и заботилась о ней как могла.
За окном с каждой минутой становилось всё светлее, нельзя было больше терять ни минуты. Я взвалила один из узлов на плечо, второй взяла в руку и следом за бабушкой покинула отчий дом, благо комнатка бывшей горничной располагалась сразу у чёрного входа.
Пройдя через небольшой двор, отомкнув калитку, мы оказались на улице. Несмотря на раннее время, тут уже вовсю кипела жизнь: женщины в платьях служанок и горничных спешили на рынок или в булочную, чтобы на завтрак у их хозяев было всё самое свежее.
Мимо проехало несколько телег, на одной из них я заметила пустые молочные бутылки и махнула рукой. Молочник остановился, скорее из любопытства: две растрёпанные женщины с узлами в руках явно привлекали внимание. Так мы далеко не уйдём.
Перекинувшись парой слов, я узнала, что он возит молоко из пригорода, где они с женой держат несколько коров. Рано утром он оставляет полные бутылки на крыльце домов, забирая оттуда пустые. Вставать приходиться чуть свет, но куда деваться.
На наше счастье молочник уже развёз весь свой товар, и когда я показала ему пару мелких монет, любезно согласился подбросить нас до пригорода.
Пришлось на ходу сочинять легенду, что я работала горничной, а бабушка служанкой, и нас выгнала вредная хозяйка.
- Небось, у хозяйки муж молодой? – хохотнул молочник. – Трудно тебе с такой внешностью работу горничной найти будет!
Что не так с моей внешностью? Может я кривая-косая? Или рябая?
Я терялась в догадках, а бабуля вдруг потихоньку сняла свою шаль и накинула мне на плечи, наматывая на шею. Вид при этом у неё был такой жалостливый, что я и впрямь уже думала, что имею на лице какое-то увечье.
Ладно, прорвёмся. Тело-то молодое, руки-ноги на месте, значит и работу найду. Лентяйкой я никогда не была и тут что-нибудь придумаю.
Как и думала, на двух сидящих в телеге женщин никто не обращал внимания, так что мы спокойно проехали через весь город. Немного успокоившись и поняв, что погони пока не предвидится, я принялась рассматривать улицы города и его жителей.
- Век девятнадцатый, скорее всего – конец, - пронеслось у меня в голове. Неужели меня закинуло в прошлое?
Мощёные булыжником мостовые, по которым спешат телеги, повозки и даже кареты. Дома из камня не выше двух этажей, но ближе к пригороду они уступили место небольшим деревянным домикам.
Дамы в нарядах с длинными пышными юбками, господа в камзолах – я словно попала в старинный роман.
На воротах молочник перекинулся парой слов со стражниками, тут его явно хорошо знали и даже поинтересовались, кого это он везёт.
- Да вот попутчиц прихватил, едут в соседнюю деревню, - он сказал название, которое я тут же постаралась запомнить.
Тут позади подоспела ещё одна телега, молочник дернул поводья, уступая ей место, выезжая за город. Проехав ещё немного, он остановился на развилке.
- Ну, всё, красавицы, мне туда, а вам видать прямо.
Я расплатилась за проезд обещанными монетами и, прихватив узлы с вещами, помогла бабушке выбраться из телеги.
