Удивительно, но она даже в такой ситуации выглядела как настоящая дама, с ровной спиной и чуть вздёрнутым подбородком. Белоснежная блузка заколота под горлышком чуть пожелтевшей камеей. Даже юбка почти не помялась. Её не портили даже несколько прилипших к одежде соломинок.
- Что теперь? - спросила она, глядя вслед уезжающему от нас молочнику. Она явно уступила лидерство мне, впрочем, я не возражала.
- Нам нужно найти место, где можно затаиться и всё обдумать. В город ведут только эти ворота?
- Нет, есть ещё одни с другой стороны.
- Замечательно! – кивнула я. – Как думаешь, мачеха знает что-нибудь о поместье, куда мы направляемся?
- Исключено! Наследство ты получила ещё до её появления. Не думаю, что твой отец что-то ей рассказывал, он сам там никогда не бывал и этими землями не интересовался, ведь дохода с них никакого.
- Стало быть, она не знает, в какую сторону нам нужно. Кстати, а в какую нам нужно?
- В ту, - бабушка указала на убегающий вдаль дорожный тракт.
- Значит, нам повезло, что мы сели именно в эту телегу!
- Но, стражники точно запомнят такую приметную девицу, да ещё с узлами вещей!
Мне снова стало интересно – как же я выгляжу? Прямо настоящая интрига! Вроде когда себя ощупывала ни бородавок ни прыщей не почувствовала.
А бабушка тем временем рассуждала:
- Чуть дальше, на перекрёстке, есть постоялый двор, там мы можем сесть на проходящий мимо дорожный дилижанс.
- Осталось только добраться до этого постоялого двора!
И я вышла на середину дороги, тормозя очередную телегу.
Возница, молодой парень, тут же остановился и даже помог загрузить на телегу наши вещи. Он всю дорогу улыбался и, кажется, пытался за мной ухлёстывать. Мне даже ничего не пришлось ему платить.
С явным сожалением он высадил нас возле постоялого двора и поехал дальше. А мы с бабулей отправились узнавать, когда будет ближайший дилижанс.
Ждать следующего дилижанса пришлось больше двух часов, да и ехал он совсем не в ту сторону, куда нам нужно. Но я по-прежнему опасалась погони, из памяти Софи я помнила, что два золотых – это довольно большие деньги, хозяин монет мог попытаться их вернуть. Да и мачеха лишилась крупного заработка, а такие как она, готовы за деньги на всё!
Чтобы не мозолить глаза постояльцам, мы с бабушкой сняли небольшую комнатку, и я первым делом потребовала принести мне зеркало.
Вместо зеркала бойкая рыженькая девица принесла натёртый до блеска железный поднос, а вмести с ним кувшин кваса и по куску хлеба с козьим сыром.
Пока бабушка завтракала, я подошла к окну и приподняла поднос, рассматривая своё отражение.
Голубые, широко распахнутые глаза, широкие аккуратные брови, чуть вздёрнутый носик и красиво очерченные пухлые губы. Отражение слегка расплывалось, но даже это не могло скрыть невероятной красоты смотревшей на меня девицы. Миловидное личико обрамляли выбившиеся из-под чепца слегка вьющиеся белокурые пряди. Я стянула с головы украшенную кружевом тряпицу и принялась машинально расплетать растрепавшуюся косу.
Видимо, вид у меня был настолько ошарашенный, что бабуля принялась меня утешать:
- Ничего, синяки заживут, главное, что жива осталось, а это мы под шарфиком спрячем!
Только сейчас я заметила, что на моей шее красовался почерневший отпечаток мужской ладони. Горло до сих пор немного саднило, но за всеми перипетиями я о нём как-то позабыла.
Жива осталась…
На меня вдруг накатила такая тяжесть, слёзы сами побежали из глаз. Бабушка тут же отложила в сторону недоеденный завтрак, обняла меня и принялась утешать, гладя по голове, как маленькую. А меня словно прорвало, слёзы текли не переставая. Наревелась аж до икоты, зато сразу стало легче.
Бабуля заставила меня умыться, поливая над тазиком водой из кувшина, и сунула в руку ломоть хлеба с сыром. Немного перекусив, я принялась приводить себя в порядок. Переплела косу, укладывая её на затылке и пряча под чепец. Шею обернула бабушкиным платком, пряча под ним уродливые синяки.
Напоследок глянула ещё раз на своё отражение, после слёз лицо припухло, глаза покраснели и превратились в узенькие щелочки. Так даже лучше, на старшенькую девушку никто не обратит внимания, а вот красавицу точно запомнят.
Всё та же рыженькая девица сообщила нам о прибытии дорожного дилижанса, на наше счастье там нашлись свободные места и, хотя он ехал совсем в другую сторону, я решила, что это даже к лучшему. Если запутаем следы, нас с бабулей точно не отыщут.
Дорога оказалась настоящим испытанием, этот установленный на колёса деревянный ящик совершенно не имел рессор и каждый камешек, каждую ямку на дороге мы ощущали своим местом, что пониже спины.
Усугубляло это положение то, что вместо сидений в дилижансе использовались обычные деревянные лавки. Спустя несколько часов поездки мне уже казалось, что всё внутри меня перемешалось, поменявшись местами.
Словно этого было мало, один из попутчиков явно любивший по утрам завтракать луком, закусывая его чесноком, делился своим амбре со всеми сидевшими в дилижансе пассажирами.
