Я не знала, что сказать, только развела руками. Возразить было нечего.
Но все-таки хорошо, что этап воспитания мы уже прошли. Он действительно научил меня самостоятельности – что бы в будущем ни произошло, наизнанку вывернусь, а в родительский дом не вернусь ни за что!
– Все, мам, побегу я к Инночке, пока она не довела моего визажиста до нервного срыва.
Я обняла недовольно зыркнувшую на ушки маму, чмокнула ее в нос и выскочила за дверь, чтобы нырнуть в комнату напротив, где уже накрасили Инночку и теперь пришла моя очередь.
– Я ждала криков о помощи, – заявила Инночка, освобождая мне место в кресле мастера.
Сама она была уже полностью готова к своей почетной роли свидетельницы или подружки невесты. Ее блестящее розовое платье облегало безупречную фигуру, удивительным образом подчеркивая ее женственность, добавляя изгибов, где положено, и делая ее даже идеальнее куклы Барби.
У той ноги кривые, а наша Инночка совершенство.
– Моих или мамы?
– Как пойдет!
Макияж ее тоже был в розовых и желтых тонах и включал во мне лютую зависть. А ведь я не завидовала даже ее фигуре!
Все потому, что, когда я сама пыталась использовать розовые тени, из меня получалась не спавшая три месяца вампирша.
Почему у Инночки все то же самое смотрелось как нежно-цветочный образ?
Я знала почему – она чертово совершенство, и это несправедливо!
Тем более что она-то как раз последние месяцы и не спит, но все равно умудряется выглядеть намного свежее меня. Если б она при этом была дурой или подлой тварью, мне бы было гораздо легче.
Не спит она, впрочем, частично и по моей вине.
Между ними с Пашкой все так яростно полыхнуло на моем дне рождения, что с тех пор и по сей день из постели они вылезают только по большим праздникам.
На работу, например, и вот, ко мне на свадьбу удалось уговорить прийти.
Сблизило их, как водится, совместное занятие идиотизмом.
Инночка тогда показала Пашке ключ от хозяйской спальни и предложила как-нибудь изящно поглумиться над Артемом.
Друг мой с энтузиазмом согласился, кто бы сомневался.
Сначала они подождали, пока сладкая парочка наконец закончит кувыркаться и начнет взывать о помощи. Увы – на втором этаже дома гостей совсем не водилось. Даже на первом в основном курсировали девушки из кейтеринга, которые к тому времени выставили остатки еды на столы, собрались и уехали.
А Инночка с Пашкой изобразили, что совершенно случайно услышали жалобные вопли из-за двери и попытались ее открыть, но – упс! – только сломали замок!
Целый час они бегали туда-сюда, то обещая взломать дверь, то ожидая хозяйку с ключами, то вызванивая мастера.
Разумеется, никто никуда не звонил и ничего не собирался взламывать.
В перерывах между обещаниями они танцевали на дискотеке, смотрели фейерверки, ели мой именинный торт и возвращались, только чтобы придумать еще какую-нибудь отмазку.
Когда бедняжка Алина начала проситься в туалет, пришлось перевести розыгрыш на новый уровень. Они одолжили у «Горьких трав» дым-машину и включили ее напротив спальни. Густые белые клубы дыма стали просачиваться в щели, а Инночка стучала в дверь и жалобно кричала: «Пожар! Пожар!»
Отсутствие запаха дыма никого не смутило – во время паники не до этого.
Алина оказалась умнее моего бывшенького и сразу метнулась к двери с одеялом – перекрыть доступ воздуха. Тут-то Инночка ее и выцепила, быстро отперев замок. Отдала помилованное мной платье и вкратце рассказала, что такое Артем и почему с ним не надо связываться.
Тут оказалось, что он уже промыл ей мозги и она была уверена, что я шантажирую его своей беременностью, угрожаю судом и алиментами, бандитами, родителями, жалобой в институт и так далее – лишь бы не бросал. И это со мной уже не в первый раз. Выяснилось, что наши с ним отношения тоже начались с такого вот шантажа, а дальше он меня пожалел, привязался, остался, не смог бросить… Пока не увидел Алину – и сердце его забилось только для нее!
Артем тем временем выскочил на карниз второго этажа голым, как был, совсем забыв о своей большой любви, оставшейся в опасности. Пашка, дежуривший внизу, вообще-то планировал немножко его помучить, а потом помочь слезть и проводить к компостной яме, а дальше пусть сам выкручивается.
Но после того как Инночка сообщила ему по телефону то, что узнала от Алины, он разозлился и решил, что этот мудак так просто не отделается.
Пока Артем, как голубь, метался по карнизу туда-сюда, не решаясь спрыгнуть и опасаясь вернуться в спальню, Пашка быстренько собрал гостей и привел показать героя-любовника, по пути любезно сообщив им, что тот обезумел от ревности, узнав, что я умотала со Стасом, и угрожает покончить с собой, бросившись аж со второго этажа.
Дальше они вдвоем с Инночкой, обнявшись, наблюдали, как изрядно набравшийся народ уговаривает Артема не прыгать, ведь я того не стою!
А тот, до истерики напуганный давно развеявшимся дымом, пытается объяснить, что если не спрыгнет, то погибнет во цвете лет.
– Зря ты не осталась. Такое шоу! – ржала Инночка.
