– У меня было шоу получше, – довольно жмурилась я. – А вы! Ладно ты, но Пашке двадцать пять! Мозг уже мог отрасти к этому возрасту?
– Так отросшим мозгом и придумал!
Артема в итоге уговорили спрыгнуть в какие-то цветущие кусты и выудили его оттуда исцарапанного, хромого и голого. Завернули в скатерть и так отправили на такси к маме, уговорив все-таки не нырять ни за одеждой, ни за кольцом.
Я была почти довольна.
Пока не узнала от Пашки, что неделю спустя Артем приехал в кофейню к Алине с букетом роз, и она его приняла. Несмотря на то что Инночка объяснила ей, как дела обстоят на самом деле.
Увы. Иногда люди учатся только на своем опыте.
Вопреки маминым опасениям – «Пусть они тебе еще усы кошачьи нарисуют!» – накрасили меня сдержанно, даже скромно. Учитывая количество приглашенных журналистов, я все-таки хотела узнавать себя на многочисленных фотографиях.
Нашу свадьбу уже окрестили свадьбой года. Во всем были виноваты мои дорогие сокурсники, которые так воодушевились премией от Стаса за освещение помолвки, что теперь строчили материалы о нас один за другим. В эти дни я была самой знаменитой невестой страны!
На церемонию в загородном имении одного из друзей Стаса, выбранном на эту почетную роль за то, что оно стоит на реке, народу явилось еще больше, чем на мой день рождения. Большая часть гостей плавно переместилась как раз с той самой вечеринки – логично же пригласить на свадьбу тех, кто был свидетелем помолвки? Остальные – друзья Стаса. Очень серьезные люди в дорогих костюмах, заставившие своими непристойно дорогими машинами всю парковку.
Там я, кстати, углядела знакомый синий «Мазерати» и целых пять минут умилялась и ностальгировала по дурацкому началу наших отношений.
Стаса шумиха, конечно, нервировала. Но когда он увидел, каким широким потоком текут деньги в фонд реабилитации бездомных животных, который он открыл для своих экономклиник, то смягчился.
Я-то вообще лихо взялась за пополнение поголовья подобранцев у нас дома и в уличном вольере. За два прошедших месяца их стало на десяток больше, и в два раза больше я успела пристроить в добрые руки.
– Кажется, на тебя кошки падают чаще, чем на меня, – ворчал Стас, помогая отмывать очередного пушистого товарища едва полутора месяцев от роду, который выкатился мне прямо под ноги на пешеходном переходе в центре Москвы. И заорал так, что даже сквозь столичный шум было слышно.
В ванной он, правда, сидел тихо и только урчал под нашими руками, даже когда мы вычесывали колтуны.
– У тебя просто дел было больше, – оправдывалась я. – Сидел себе в офисе, откуда на тебя котятам сваливаться? Из вентиляции?
– И что мы будем с твоими сюрпризами делать, когда кончится вольер?..
– Люблю, когда ты думаешь о будущем! – Я извернулась, стараясь не угваздаться пеной шампуня для котят, и поцеловала его. – Что-нибудь придумаю.
Придумали мы одновременно.
Стас решил печатать фото подобрашек на плакатах с рекламой корма, который выпускал его завод, и выпустил скидочные карты для тех, кто забирал этих малышей.
А мы с Пашкой полностью пересмотрели формат канала и превратили его в сборник историй о котятах, которые ждут своих хозяев. С продолжением – когда их забирали в семью, мы выпускали особые праздничные ролики, которые комментировали десятки тысяч людей!
Я-то, когда шла на журфак, а потом ночами строчила рекламные тексты про гольф-поля и элитные яхты, была уверена, что, когда вырасту, стану гламурным журналистом и буду писать о сладкой жизни. Только на собственном опыте, а не по картинкам в интернете.
Даже то, что я вышла замуж за Стаса, на это намекало – как оказалось, он и в гольф умел играть, и яхтой управлять, и даже мог ввести меня в тайный мир чудовищно дорогих запонок по индивидуальному заказу.
Но вот оказалось, что это был намек на совсем другой путь в жизни.
И мы не могли, конечно, не сообщить судьбе, что намек поняли, поэтому добавили к свадьбе несколько шокирующих мелочей.
Платье, макияж – готово. Полчаса до церемонии – пора влезать в туфли. Осталось забрать последний аксессуар, заменяющий мне букет невесты.
Я пробежалась по коридору в самый дальний конец и постучалась в комнату, где одевался и готовился Стас.
– Дорогой жених, пора отдавать Глазастика!
– Я его уже на шаурму продал! – раздался мрачный голос из-за двери.
– В смысле? – Я нервно дернула ручку, но Стас не дал мне вломиться:
– Плохая примета видеть невесту до церемонии.
– Блин, ты же разумный человек, что за идиотские предрассудки? Где мой кот? Что случилось?
– Вот что!
Рука Стаса высунулась из-за двери, протягивая мне галстук.
Шелковый серебристый галстук весь в зацепках от кошачьих когтей.
– Слушай, ты его в переноску к нему постелил, что ли? – озадаченно спросила я.
– Разумеется, я выпустил Глазастика из переноски! Ему там было скучно. Но он мог бы пойти мне навстречу и испортить хотя бы диван, например!
– А почему у тебя галстук без присмотра валялся? – тут же встала я на защиту котика. – Надел бы на себя – и нет проблем.
