Первым делом Лиля поспешила к окну, чтобы открыть его, но тут же вспомнила про обои. Нет, лучше не рисковать. Отвернувшись от окна, Лиля стала искать глазами источник вони. И тут она громко вскрикнула, а сердце бешено заколотилось от страха – какой-то мужчина валялся в бессознательном состоянии между кроватью и дальней стеной, его грязные голые пятки смотрели прямо на нее, а головы вообще не было видно. Понятно, почему она сразу его не заметила: этот угол комнаты спрятан кроватью, и из двери его вообще не видно. Первым желанием было броситься наутек и запереть дверь на ключ, но любопытство так и распирало. Медленно и почти бесшумно Лиля подошла поближе к кровати, ожидая, что незнакомец вот-вот проснется, однако тот не шелохнулся. Лиля подошла еще ближе в надежде увидеть его лицо и, возможно, понять, кто это такой. Но лица там не было, потому что не было головы.
От увиденного съеденный вместе с Романом и Юлией обед тут же попросился наружу. Лиля еле успела добежать до туалета, прежде чем ее вырвало. Даже на первом триместре ее не тошнило ни разу, но от этой ужасной картины желудок скрутило так сильно, что только минут через 15 Лиля смогла выпрямиться и отдышаться. Она умылась и после сразу закрыла дверь спальни на ключ. А затем позвонила «102».
– Слушаю, – наконец-то раздалось на том конце.
– Здравствуйте. У меня труп в квартире, – неуверенно начала Лиля.
– Это ваш муж? У вас убийство на бытовой почве?
– Что? Вы о чем вообще? Я не знаю, кто это и почему у него нет головы, – пыталась объяснить девушка.
– А где голова?
– А я откуда знаю. Можете кого-нибудь прислать, чтобы убрали его? Я на девятом месяце беременности, мне нервничать нельзя, – для Лили все ее просьбы звучали вполне логично. Что там подумала дежурная, она даже не представляла.
– Так, хорошо. Не переживайте. Скажите, как вас зовут и назовите ваш адрес.
– Улица Некрасовская, дом 8, квартира 27. Лилия Владимировна М.
– Какой адрес?! – судя по тону, дежурная не на шутку удивилась, Лиля повторила адрес, и ей сказали ожидать группу.
Она решила подождать полицию на кухне. Есть не хотелось… да вообще ничего не хотелось. Даже думать. Хотя мысли о том, что это вообще за хрень, так и норовили взорвать Лилин беременный мозг.
В мессенджере высветилось новое сообщение: Роман и Юлия просили рассказать, как у нее дела. Лиля не смогла бы сейчас описать свое состояние никакими нормальными словами, но этих двоих лучше не нервировать, иначе они примчатся и будут тут кудахтать. Поэтому она просто написала, что все хорошо и чувствует она себя отлично.
Полицейские приехали через полчаса после звонка. Лиля открыла дверь двум мужчинам, один был в форме, второй в обычной одежде, но с увесистой сумкой, из которой он позже достал фотоаппарат.
– Здравствуйте, – устало поприветствовал Лилю мужчина с сумкой. – Где тело?
– Здравствуйте. Проходите, разувайтесь, – попросила она вошедших. После показала на дверь в спальню и дала ключ.
– А зачем вы дверь закрыли? – нахмурился второй сотрудник.
– У меня там обои только поклеили, – брякнула Лиля первое, что пришло в голову.
– И когда же? – поинтересовался первый.
– Вчера.
– А сегодня там уже труп. Наверное, от ваших обоев ему башню снесло, – усмехнулся сотрудник с фотоаппаратом. Второй тоже нервно засмеялся.
– Извините, это смешно? Я чего-то не понимаю?
– Девушка, вы простите нас… Ох, просто это уже четвертый труп в вашем доме. Нам очень грустно на самом деле, так грустно, что аж смешно, черт возьми, – разозлился «фотограф».
– Вась, ладно. Давай работать, не пугай беременную.
Василий отпер дверь ключом, прошел в дальний конец комнаты, где лежал труп, выразительно присвистнул и принялся фотографировать. Второй сотрудник опрашивал девушку.
Она рассказала ему все о своем вчерашнем и сегодняшнем дне.
– Точно все было закрыто?
– Я же говорю, я дважды посмотрела и подергала. Все окна и двери были заперты.
– Каждый раз одно и то же, – пробубнил еле слышно полицейский.
– Что, простите?
– Да так, ничего. Не обращайте внимания. Полагаю, вас подозревать никто не будет, но прийти дать показания все же попросят. Вам когда рожать?
– Недели через три, но на следующей мне нужно лечь на сохранение, – Лиля очень не хотела шататься по всяким там участкам. У нее же шторы еще не куплены! О черт, спальня!
– А что со спальней? Я могу вызвать клининг? Мне ремонт нужно закончить, – распереживалась хозяйка.
– М-да. С клинингом лучше повременить, возможно, понадобится снова приехать и снять отпечатки пальцев.
– И когда это произойдет? Мне в ближайшие дни нужно все закончить. Долго придется ждать? – мысль вернуться после родов в квартиру без штор вовсе не улыбалась Лиле.
– Девушка, ну откуда же я знаю. Следователь будет все решать. Но, учитывая ваше положение, может, дело и ускорят и вас оставят в покое как можно раньше, – этим объяснением и натянутой улыбкой полицейский, видимо, хотел успокоить Лилю, но сделал только хуже. – Однако, как я понял, вы единственный свидетель происшествия, так что вам придется ответить на вопросы следователя, а там уже видно будет.
