Повесив трубку, он снова залпом опрокинул рюмку коньяка. Возможно, придется сегодня отсидеться дома и не ходить на вторую работу. Валера солгала о том, сколько времени он провалялся у нее в кладовой. Почему? Для чего? Она что-то заподозрила? Разнюхала, что шеф хочет ее уволить? Нет, быть этого не может! Во-первых, она никак не могла этого узнать, в квартире ее точно не было, когда они разговаривали по телефону. Во-вторых, если была бы в курсе, не стала помогать с трупом. Но все же… она соврала.
С тяжелым сердцем Семен пытался прокрутить в голове диалог, который возникнет после того, как Валера узнает, что ее увольняют. Хотя, может, она и сказать ничего не успеет. Вполне себе вариант. Черт! Бесят уже эти переработки!
Поднявшись к Валере, Семен позвонил в дверь, но ему никто не открыл даже после трех звонков. Тогда он дернул ручку, оказалось, Лера не заперлась. Игнатьич прошел на кухню, но напарницы там не было, в спальне тоже никого. Дверь кладовой была приоткрыла, и оттуда доносилась знакомая Семену музыка. Когда он вошел, Валера стояла, наклонившись над столом, его она не слышала.
– Лера? – позвал он, но та не повернулась.
– Лера! – крикнул он громче. – Выключи звук, нужно поговорить.
Валера протянула руку к телефону, лежащему на столе, нажала на экран, и в комнате стало тихо.
– Что хотел? – спросила блонди, по-прежнему не поворачиваясь.
– Лера… – он пытался найти правильные слова, но понимал, что их просто не существует, для нее не существует. – Шеф решил тебя уволить.
Валера подняла голову от того, что она там рассматривала на своем столе, выпрямилась, а затем медленно повернулась к Семену. Она осмотрела его с ног до головы.
– Да не гони, – пренебрежительно бросила она. – За что меня увольнять, раз, и где найти вторую такую же, два?
– Лера, это решение шефа, ты же знаешь. Он сам придумал эти правила, и мы их знали, когда устраивались на работу. Косяк твой, ты не можешь с этим поспорить.
– Но ведь это было вынужденное убийство! Я же все сделала для того, чтобы нас всех не замели. Я пыталась не наследить! – убеждала Лера Семена в своей правоте.
– Но ты наследила. И сильно, – Семен вздохнул. – Я только пришел сказать, что ты уволена.
– Я тебе не верю, – Валера отвернулась и продолжила заниматься своими делами.
Семен достал припасенный пистолет, плотно закрыл дверь в кладовую и взвел курок. Этот звук Лера услышала и снова резко выпрямилась, но поворачиваться не стала.
– Лера, я не шучу и… мне очень жаль. Прости.
Через несколько секунд раздался выстрел, шум которого поглотила Лерина кладовая. Когда все было кончено, Семен лишь подумал, что увольнять членов команды – это точно не его. Ни разу же еще нормально не получилось.
Алексея разбудило уже знакомое чувство тревоги. Потребовалась пара минут, чтобы унять бешено колотящееся сердце. Первым желанием было подскочить с кровати, проверить все окна и двери, включить свет во всех комнатах, убедиться, что в квартире больше никого нет. Это сработало бы, точно сработало, но он только тихо лежал и прислушивался к окружающим его звукам. На кухне еле слышно работал холодильник, в коридоре кто-то разговаривал, во дворе мусороуборочная машина неспешно поглощала содержимое контейнеров. Самые привычные звуки, похожие на все остальные в шесть утра. Почему опять так страшно? Пусть он поспал не больше трех часов, но не стоит же из-за этого переживать. «Это только в твоей голове, только в твоей голове, страх – он только в твоей голове», – уговаривал себя мужчина.
Пошевелив руками и ногами, Алексей все же скинул одеяло и посмотрел на них. Все на месте. Немного успокоившись, он решил принять душ, пусть второй раз за ночь, но так будет спокойнее. Правда, сначала все же проверил окна и дверь, которые были заперты, и только после этого направился в ванную. Почти час он намыливался снова и снова, использовал шампунь, кондиционер, гель для душа, побрил лицо, подмышки, пах, после душа спрыснул тело парфюмированным мистом и туалетной водой. Удостоверившись, что никакими человеческими запахами от него не пахнет, Алексей наконец-то удовлетворенно вздохнул. У него была уйма времени, чтобы позавтракать, почитать, развлечь себя другими способами. Рабочая смена начнется только в шесть вечера, до этого момента он волен делать, что захочет.
