Они остановились, повернув лица к машине.
— Тормози, Марат, — сказал один полицейский второму, сидевшему за рулем. — Узнаешь? Это сбежавший из СИЗО депутатский сынок, их с папашей обвинили в развращении несовершеннолетних.
— Да, точно, — останавливая машину, осклабился Марат. — Видишь эту цыпочку? Это его сестра, и они вместе спят.
—Да ладно?!
— Я тебе отвечаю: эта маленькая шлюшка раздвигает под ним ноги! Ты чего, не смотрел вчера этот улет?
— Хмм, тогда я был бы не прочь с ней позабавиться, — задумчиво почесал бороду его напарник.
Диана почувствовала нависшую над ними угрозу: воздух был словно наэлектризован опасностью. Автомобиль остановился, и из него вышли двое полицейских. Ей они сразу не понравились. У одного была омерзительная рыжеватая козлиная бородка и мелкие бегающие по сторонам глазки, длинные костлявые конечности отнюдь не прибавляли красоты его облику. Второй был его полной противоположностью: потный лысый толстяк с блестящим круглым лбом, красными щеками и мясистыми губами, чье расплывшееся рыхлое тело было втиснуто в форму не по размеру.
Конечно, можно сколько угодно рассуждать о том, что внешность не всегда соответствует внутреннему содержанию, но… Диана ощутила кожей их противные сальные взгляды, адресованные именно ей. Гадко улыбаясь, эти двое не спеша подошли к ним.
— Ну что, ребят, обойдемся без лишней лирики? — показывая наручники, ухмылялся худой.
Кирилл послушно вытянул руки перед собой и позволил защелкнуть наручники на своих запястьях.
— Диана, иди домой, со мной все будет хорошо, — сказал он притихшей сзади девочке.
— Нет-нет, милые, вы кое-чего не поняли, — погрозил им пальцем-сарделькой второй полицейский. — Девушка должна поехать с нами.
— С чего это?! — взвился Кирилл. — Она моя сестра! Против нее нет никаких обвинений!
— Мы не можем знать всех обстоятельств дела, — нацепил на лицо серьезное выражение рыжебородый, — возможно, она участвовала в организации побега или помогала тебе укрываться от правоохранительных органов, что вероятнее всего, учитывая то, как мы вас нашли. Из этого следует, что она знала о твоем местонахождении и не позвонила, как была обязана, в полицию…
— Вы не имеете права!.. — задохнулся от нахлынувшей ярости Кирилл.
— Кирилл, все нормально, — прервала его гневную вспышку Диана. — Лучше мне поехать.
— Вот и умница, — просияло лоснящееся от пота и сала лицо толстяка. — Садись в машину, деточка. Как же мы любим послушных девочек, ведь правда, Андрюх?
— Само собой, — улыбнулся, обнажая свои прокуренные зубы рыжебородый.
«Нет, они не посмеют… не посмеют… — стиснув зубы, мысленно убеждал себя Кирилл. — Все это блеф». Конечно, он не был кретином, и прекрасно видел взгляды, которыми они обменивались между собой, украдкой поглядывая при этом на Диану.
Их отвезли в местное отделение. Когда ребят ввели в коридор, Диана отметила про себя, что в здании было подозрительно тихо. Хотя, ничего удивительного, ведь сегодня был выходной.
— Мальчики отдельно от девочек, — елейным голоском просюсюкал толстяк, вталкивая Диану в камеру и задвигая за ней решетку. Она услышала, как щелкнул замок — все, ее заперли. Но хотя бы можно было видеть Кирилла: он был в камере напротив, в каких-то паре метров от нее.
— Твоей малышке повезло, — бросил Кириллу худой, в который раз аккуратно разглаживая свою никчемную бородку, — будет сидеть одна в камере, как королева! Мы ж сегодня ни одной проститутки на дороге не задержали! — оба полицейских переглянулись и прыснули. Поржав вволю, худой продолжил, вытирая навернувшиеся от смеха слезы:
— А вот тебе придется потерпеть нового соседа!
Кирилл обернулся и увидел лежащего у стены на лавке лицом вниз мужика неопределенного возраста — по виду явного наркомана. Он был в отрубе, из его рта струйкой тянулась слюна, беспрестанно капая на пол.
— Конечно, это не самый лучший вариант для того, кто привык срать в золотые унитазы… — с издевкой цедил слова сквозь зубы худой, не скрывая раздражения, — уж чем богаты! Не обессудьте, ваше высочество.
Полицейский и Кирилл смерили друг друга ненавидящими взглядами. Обстановка накалялась, даже Диана это ощутила, видя, как в глазах Кирилла заполыхало холодное злобное пламя.
— А ну-ка заткнулись все тут, бл....дь, я спать хочу, — вдруг подал голос наркоман за спиной у Кирилла.
— Закрой свой рот! — застучав дубинкой по решетке, истерично проорал в ответ толстяк, но мужик уже снова провалился глубоко в блаженную бессознательную пучину, полную разноцветных лошадок и хихикающих облаков.
— Послушайте, Кириллу нужно в больницу, он ранен, — наконец, решилась подать голос Диана.
Оба полицейских как по команде повернулись и вперили в нее свои липкие взгляды.
— Смотрите-ка, кто заговорил, — хмыкнул жирдяй. — Наша цыпочка! Вчера я, кстати, любовался тобой — ох, какая на тебе была юбочка! Я про то видео, на котором ты сосалась с братцем!
— Обожаю таких шлюшек, как ты! — откровенно облизал губы рыжебородый.
Диана вздрогнула от страха и отвращения и отошла назад, к стене.
