Быстро учится, слишком быстро. У них впереди еще плотное общение со службами безопасности, которое после произошедшего за последние полтора часа на «Сове» обещало перерасти в натуральный интим.
– Мою любимую женщину и супругу я не намерен с кем-либо обсуждать, – произнес Мак подчеркнуто-холодно.
Трап закончился. Двадцать восемь ступенек, два пролета и маленькая площадка. Осталось свернуть, обходя зеленую зону их биостанции и вот они, капитанские апартаменты.
– Так что хотел от меня капитан? – Петровна тихо напомнила о себе.
Краем глаза заметив парящую в воздухе биостанции стайку толстых кобат, судорожно размахивающих плоскими чешуйчатыми хвостами, Макар вдруг занервничал.
– Наш катер взорвался? – между делом спросил.
– Да имитация взрыва прошла успешно, запись передана безопасникам, ждем ответа.
– Как объясним тот факт, что взрыва было два? – он уже сам решил, но хотел бы услышать ее вариант.
– В первый раз стреляли в нас, но мы вовремя ушли с заданной космопортом орбиты. Второй выстрел уничтожил катер конвоя.
– Кривовато. В нас они не попали, а все орбитальные станции взрыв зафиксировали наверняка. – Макар снова потер переносицу, останавливаясь перед входом в апартаменты. – Разряди импульс плазмы, будем считать, что первый взрыв произошел от перехвата нашей защитой. Тоже криво, но это хоть что-то.
Аверин печально вздохнул. Придется снова стирать память Петровне. Как бы она не свихнулась от постоянных манипуляций.
Приложил ладонь к запирающей апартаменты панели, расслабился мысленно и заставив себя улыбнуться сделал вперед первый шаг…
Быстротой своей реакции капитан мог по праву гордится, только она его и спасла. Иначе лежал бы с разбитой до мозга костей головой носом вниз кверху задницей, утяжелители за ушами.
Прямо в висок Маку летела увесистая колба с цветами. Хороший подарок, весомый. Он сам его выбирал. Едва увернулся, поймал, поискал взглядом возможность закрепить свой подарочек и аккуратно засунул его между настенными стойками. И уже осторожно оглядываясь, словно в джунглях какой-то опасной планеты, Макар двинулся дальше.
– Солнышко… ты там в порядке? – негромко спросил.
В ответ раздался грохот, взвыла собака, и Аверин услышал витиеватое и выразительное лиглянское ругательство в исполнении трепетной Нэрис.
Вот и отлично. Живая.
Горыныч издал еще один вопль, больше похожий на человеческий и жалобно заскулил.
Дверь за спиной капитана закрылась. В этот самый момент фрегат начал обратный манёвр, медленно разворачиваясь и ускоряясь, а Макару пришлось снова судорожно цепляться за специальные ручки на стенах. Через несколько долгих секунд ускорения прямо из кабинета на него выкатилась интересная комбинация из самой Нэрис, одетой в плотный комбинезон, к поясу которого был пристегнут Горыныч, и целого шлейфа из особенно ценных вещей, связанных аккуратно шнурками.
Молниеносно оценив всю опасность подобных маневров в пространстве каюты, Макар прыгнул вперед, примагничиваясь ногами к стене, и поймал их в полете руками. Немножечко не долетела затылком до угла твердой стойки.
– Восхитительно! – рыкнул Аверин. – Почему не на месте, почему не пристегнуты, как?!
– Я хотела! – выдохнула она облегченно, ловя разлетающиеся колбы с цветами. – Но Горыныч как будто взбесился!
Пес, что секунду назад радостно размахивал голым хвостом, тут же втянул крепкую длинную шею в широкие плечи и произнес очень внятно:
– Я тут не при чем!
Когда у Макара опускались руки и заканчивались все слова, включая самые нецензурные, – он смеялся.
Всегда помогало.
Вот и теперь, одной рукой крепко к себе прижимая жену, второй цепляясь за петли устойчивости он сдержаться не смог. Даже распахнутые глаза Нэрис, очевидно решившей, что он наконец-то рехнулся, (как давно уже ей обещал), не могли капитана заставить заткнуться. Он ржал, как далекие кони земли, громко фыркая и даже всхлипывая. Бросал взгляд на обиженного Горыныча и сгибался от хохота снова, стараясь не выпустить ношу из рук. Уже спустя пару минут Нэс, которая все это время в ответ ему лишь нерешительно улыбалась, вдруг тихо хихикнула, явно смущаясь, потом вовсе прыснула, лицо пряча в ладонях и наконец облегченно и радостно рассмеялась, лаская слух инспектора звонким колокольчиком смеха.
– Дурдом! – куда-то в плечо ей уткнувшись увесистым носом, выдохнул наконец-то Макар. Что не час, то у нас приключение. И давно с ним такое?
– Слава создателю, нет! – она выдохнула, пресекая попытку Горыныча смыться, поймав его прямо за хвост.
– Я бы и дальше молчал! – пробухтел тихо пес, тщетно пытаясь освободиться из ее цепких пальцев. – Это был нервный срыв! Я не выношу невесомость!
– Постой, но ведь… – начал было Аверит и вдруг нечто важное вспомнив, осекся.
