Гвардия остается за воротами, а они проходят в дом. Приветствуют дворецкого, так, будто уезжали на прогулку утром и вот вернулись к вечерней трапезе обратно.
Как если бы между их визитами не проходило несколько месяцев.
Ведьмак стаскивает свою броню, немного криво пристраивая на манекене, и идет зажигать камин.
Императрица переодевается в белую рубаху и мягкие замшевые штаны.
Они достают из погреба бутылку молодого вина, распивают ее у огня, о чем то тихо разговаривая, улыбаются.
Странные. Не такие, какими должны бы быть. Просто… немолодой мужчина и кажущаяся еще совсем юной девушка.
Дворецкий знает, кто такие Ведьмаки. Убийцы чудовищ.
Быстрые, выносливые, нечеловечески сильные.
А еще он знает, что они вольные охотники, не особо любимые людьми. И что такого в мастере Геральте, что на него боится косо смотреть весь императорский двор?
Шипят за спиной, но кусать не решаются.
Дворецкий так же знает, кто такие Императрицы – прекрасные женщины в шелках и жемчугах, даже если они правят, как их Княгиня.
Но она – другая. У нее вместо жемчугов бледнота кожи, а вместо шелков льняные рубахи, с утра явно с плеч Ведьмака.
Который уже год.
Они отдыхают, выезжают на прогулку по окрестностям, оба в броне с двумя мечами за спиной.
Отдых их очищает окрестности надолго.
Никогда не посещают Дворец, не удостаивают вниманием балы, предпочитая им – охоту на местных монстров.
Бывает, они посещают дом Орианы, богатой владелицы. Обычно вечером.
Чаще она наносит им визиты сама, в сопровождении мужчины неопределенного возраста, с орлиным профилем, представленного, как Эмиль Регис.
Иногда по утрам в ворота стучится продавец зеркал. Появляется каждый раз именно тогда, когда хозяева на вилле. Улыбается лукаво, прохвост, но Императрица и Ведьмак благосклонны к нему и принимают, как гостя.
Дворецкий не вмешивается, не его это дело. Он умеет молчать и любит свою работу.
Под настроение они танцуют на заднем дворе. Не дворцовые танцы. Совсем нет.
Они танцуют с клинками, друг с другом.
Страшный танец. Полный магии и блеска стали. Они танцуют с утра до вечера, как безумные, не замечая ничего вокруг.
Забывают даже поесть.
А потом запираются в доме и комнате, в которую служанки уже понятливо натаскали воды в смежную с ней ванную.
И закусок дня на два.
Все обитатели виллы знают, что они не скоро выйдут, слишком занятые, чтобы замечать что-то вокруг.
Служанки, конечно, опять будут шептаться, но дворецкий знает, ни одно слово не выйдет за пределы виллы. Никто из них не хочет ни лишиться работы, ни языка.
Они не гостят долго. Слишком много работы для длинного отдыха. Каждый раз не больше недели.
Уходят прямо со двора – порталом.
Такие же, какие прибыли.
Ведьмак в длиннополом доспехе и Императрица в черном камзоле с золотым шитьем.
Она шагает в голубое свечение первой, Ведьмак вторым, бурча под нос.
- Ненавижу порталы…
Дворецкий дожидается, когда портал угаснет и улыбается.
Они ему нравятся, эти странные хозяева виллы Корво Бьянко.
Они живые.
Не смотря ни на что, хотя бы потому, что до сих пор вместе, рядом.
Такие разные.
Геральт и Цири.
Ведьмак и Императрица.
Комментарий к 2.
Ну что ж, как вам?
Отзывы меня порадуют))
========== 3. ==========
У Империи должен быть Император, даже если у них уже есть Императрица.
Правящая Императрица.
Прекрасно обходящаяся и без супруга.
- И почему я не могу править одна, почему обязательно должен быть Император?
Охотничий нож коротко просвистел в воздухе, впиваясь в висящий на стене огромный альбом.
С его страниц смотрели портреты. Кандидатов в Императоры.
Спустя пять лет правления Императрицы Цириллы, высокое собрание все-таки преодолело страх и решило все-таки настаивать на свадьбе.
Их можно было понять, без наследника Империя была в шатком положении. Без наследника, кровного и законного, страна была в подвешенном состоянии.
И не важно насколько устойчивой культурно и экономически она была.
- И в чем проблема? Мы знали, что так будет. – Геральт примеривается в качающийся на стене альбом, скорее выбирая морду померзостней, чем действительно целясь. Раздается еще один короткий свист. Нож входит в стену по рукоять. – Наследника ведь все равно не будет. Так объяви об этом собранию.
- И получить хаос в верхних кругах? Когда они, наконец, поймут, какую свинью подложил им в моем лице дражайший Отец? – Цири выдергивает ножи из альбома и стены. – У них в Императрицах магичка, а наш недуг весьма распространен. Они уже прекрасно узнали то, что хотели. И осведомлены об условиях… наивные. Что я почти бесплодна, как в старом проклятии…
Цири аккуратно складывает ножи на стол, вместе с альбомом. Лица там весьма симпатичны. От нежных юношеских черт, до мужественных квадратных подбородков.
– Они правда думают, что красоты или приятного характера хватит? - Она огибает стол, подбираясь к нему, сидящему в кресле.
Забирается к нему на колени, лицом к лицу.
Они целуются.
Медленно, неспешно, позволяя дыханию тяжелеть, а сознанию спутаться.
Когда на ней уже нет рубашки, а Геральт касается шершавой подушечкой пальца твердой горошины соска, потирая, прежде чем поцеловать.
