Остановившись совсем рядом, Адриан тоже направил взгляд в сторону отражающихся в воде разноцветных огоньков. А Маринетт, в свою очередь, смотрела на него и думала о том, что Адриан действительно хороший человек. Ведь он способен приободрить даже человека, с которым его почти ничего не связывает.
— А ты… как здесь?
— А я, как обычно, выступаю в качестве рекламы отца. — Он небрежно отвернул лацкан пиджака, на внутренней стороне которого яркими буквами значилось название фирмы Габриэля Агреста. — Только поэтому он и отпустил меня.
На его лицо опустилась мрачная тень. Если бы на Маринетт сейчас была маска, она смогла бы отважиться спросить его об отце, но неуклюжая Дюпэн-Чен могла только спотыкаться и запинаться… даже в собственных словах.
Едва Маринетт набрала в легкие воздуха, наконец отважившись что-то произнести, как в черном небе над ними яркими красками рассыпались праздничные фейерверки. Петарды взлетали и звонко взрывались, отражаясь пестрыми пятнами в воде и на лицах прохожих.
Маринетт закрыла глаза, и в этот момент она могла представить, что стоит сейчас рядом с Адрианом как Ледибаг. Или как любой другой человек, способный говорить с ним свободно без всяких масок. Прямо сейчас, посреди этого оглушающего шума, она могла представить все, что угодно… Все, что угодно, казалось возможным под этим сверкающим ночным небом.
— А теперь пришла моя очередь выйти на сцену, дамы и господа!
Резко распахнув глаза, Маринетт почувствовала, как завибрировала земля под ногами. С резким толчком глубокая трещина пролегла между Адрианом и Маринетт, а в следующую секунду они уже оказались по разные стороны пропасти.
Слыша крики ужаса и паники, Дюпэн-Чен все еще держалась за бортик разрушающегося на глазах моста. Все это слишком быстро, слишком внезапно, неестественно. Разве может мир измениться так мгновенно, всего за секунду? Словно во сне, Маринетт видела, как Адриан что-то кричал и тянулся к ней, но уже в следующее мгновение его отбросило ударной волной в противоположную сторону. А где-то позади послышался торжествующий хохот новой жертвы Бражника.
========== Глава 9. Булавки ==========
Наконец, опомнившись, Маринетт отпрыгнула в сторону и спряталась за ближайшей постройкой. Обернувшись, она до боли вглядывалась в противоположную сторону реки, где наконец разглядела знакомый силуэт. Кажется, Адриан был в порядке, он оглядывался по сторонам и никак не мог определиться, что делать и куда бежать. Похоже, кто-то помог ему перебраться на противоположный берег с другой стороны, это главное. Там сейчас более безопасно.
Облачившись в красную в горошек маску, Маринетт отправилась в центр событий. Туда, откуда все бегут прочь.
Праздничные улицы было не узнать. Испуганные посетители фестиваля с криком разбегались во все стороны, а наименее удачливые из бегущих тут же оказывались под прицелом новой протеже Бражника. Неподвижно останавливаясь в неестественных позах, люди внезапно замирали посреди тротуара, словно кукольные манекены.
Ледибаг пригляделась и вздрогнула. Из-под кожи у окаменевших людей торчали портновские булавки с круглыми разноцветными навершиями. Возможно, именно из-за них люди теряли возможность шевелиться.
— О, тебя-то я и ищу! — расхохоталась Булавочница, появившись напротив Ледибаг. — Похоже, именно из-за тебя я и проиграла, да?
— О чем ты? — Присмотревшись внимательнее, Маринетт узнала в девушке модель, которая сегодня должна была представлять одну из работ для конкурса. Кажется, у нее был достаточно строгий руководитель, все время отчитывал ее перед выходом за кулисами.
— Разве мое дефиле не было лучше? — Она вытянула руку вверх, и Ледибаг заметила подушечку для булавок у нее на запястье. — Но победу отдали другой. Разве это справедливо?
— Многое в этой жизни несправедливо.
— О, я польщена, что сама Ледибаг согласна со мной! — Резким выпадом она внезапно швырнула в Леди горсть булавок, и те острыми концами полетели прямо в ее сторону.
Ледибаг тут же подскочила и молниеносно увернулась. Градом из колючих игл булавки летели в героиню Парижа, не оставляя той возможности нанести удар. В воздушном вихре обе обладательницы нечеловеческих сил преследовали друг друга, кружили, наступали и теснили одна другую, а затем снова отступали.
Наконец, выловив момент, Леди в красном высоко забросила йо-йо, и его нить тут же обвилась вокруг руки акуманизированной, совсем близко к игольнице на запястье.
На мгновение бывшая модель замешкалась, и Ледибаг отчетливо прочла в ее глазах испуг. Если даже в таком обличии марионеткам Бражника не чужды человеческие эмоции и слабости, значит ли это, что до них возможно достучаться? Возможно ли заставить их добровольно отказаться от чужого влияния? Много раз Леди задавалась этим вопросом и до сих пор не теряла надежды однажды научить их самостоятельно изгонять бабочек, но каждый раз ее попытки терпели крах.
Лицо у девушки искривила безумная улыбка.
— Думаешь, меня так легко остановить?
