Ледибаг очень сильно хотелось об этом рассказать, и если бы Мелани сейчас коснулась ее хотя бы мизинцем, она наверняка бы выложила все, как есть. Но той рядом не было, и Леди продолжала напряженно стоять на месте и плотно сжимать губы в тонкую линию. Сейчас она могла себя контролировать.
— Все это время я… открывался тебе полностью. — На лице у юноши отразилась горечь. Он как будто почти жалел об этом, почти почувствовал себя обманутым. — Я говорил тебе обо всем, что думаю и о чем не хотел думать. Но ты… ты… — Адриан поднял на нее почти ненавистный взгляд. — Моя Леди, не кажется ли тебе, что у тебя слишком много секретов от меня?
Леди до боли сжимала собственные пальцы в замок и продолжала смотреть на него, словно пытаясь остановить этим взглядом, заставить замолчать. Она чувствовала, что еще немного, и эти слова заведут их слишком далеко, — туда, откуда они уже не смогут вернуться, оставшись прежними.
— Я слышал, что они говорили… — продолжил Агрест, понимая, что ответа не дождется. — Все они… они видят во мне лишь картинку, образ, созданный моим отцом!
Адриан до побелевших костяшек сжимал кулаки. А Мелани продолжала стоять рядом и с ловкостью фокусника отыскивала и вытягивала на свет одну ниточку чужих тайных мыслей за другой.
— Адриан…
— Если подумать, — он внезапно поднял на Леди обвиняющий взгляд, — ты с самого начала говорила, что знаешь меня. Это правда?
Ледибаг тяжело вздохнула, не отводя глаз от Адриана. На этот вопрос она еще не могла ответить, так что все ее лицо превратилось в сплошную непроницаемую маску. Никто, кроме нее самой, не мог ощутить всей горечи слов, которые приходится сдерживать внутри собственного сердца слишком долго.
Никто, кроме невидимой Мелани, улыбчиво наблюдающей за героиней Парижа.
— С самого начала ты называла меня своей фанаткой, говорила, что любишь мои фотографии и… может быть, ты такая же, как все они? Такая же, как все эти девчонки, выпрашивающие автографы? Может, ты тоже, как они, считаешь меня своей игрушкой?
Где-то глубоко-глубоко в душе Адриана зрели эти мысли. Он всегда отвергал их, никогда не позволял дать им волю перерасти во что-то большее, но сейчас Мелани Фонтэн не составило труда вытащить их наружу одним прикосновением.
Адриан понимал, что говорит лишнее, что ему пора замолчать и остановиться на этом, иначе случится нечто ужасное, но сейчас он, словно обиженный ребенок, говорил, говорил и никак не мог остановиться.
— Может быть, ты так же, как и все остальные, лишь навоображала, будто что-то знаешь обо мне, а на самом деле…
Адриан осекся, встретившись с потемневшим взглядом Ледибаг. Этот взгляд отрезвил сильнее, чем пощечина. Мелани тоже заметила эту перемену и восхищенно усмехнулась.
— Ты хочешь услышать, каким я знаю тебя?
— Да. — Агрест ответил твердо, без тени сомнения. — Хочу.
И этого для Мелани оказалось достаточно. Теперь ей захотелось послушать совсем другого человека, и любопытство подсказывало, что самое интересное еще впереди. Отпустив Адриана, невидимая девушка бесшумно приблизилась к героине Парижа и неощутимо коснулась ее руки.
— Адриан Агрест — это человек, чье лицо я почти каждый день могу видеть на улицах города. И это правда, что я восхищаюсь тобой точно так же, как и тысячи других парижанок.
Адриан нахмурился, уже не уверенный в том, что действительно хочет услышать ее ответ. Но туман в кабинете сгустился сильнее, а Мелани крепче сжала ладонь Ледибаг. И Леди продолжила.
— Каждый день после уроков ты садишься в темную машину, и она увозит тебя на новый кружок, новое занятие… Ты каждый день наблюдаешь за Парижем сквозь тонированные стекла, проезжаешь по историческим улицам, но по-настоящему ты не живешь здесь. Лишь наблюдаешь картинки из окна.
Сейчас у Леди был такой же взгляд, как в тот дождливый день. Под напускным спокойствием в ее глазах томилась боль и неспособность пролить слезы. Но Мелани не позволит Ледибаг на этом остановиться. Слишком много забавных мыслей она отыскала в ее голове. Какая удача наткнуться на такой кладезь неразоблаченной правды! О, такие мысли непременно должны быть произнесены вслух. Уж Мелани позаботится об этом.
У Адриана кольнуло в груди. Он смотрел на нее, не в силах произнести ни слова в ответ. Похоже, она в самом деле знала о нем куда больше, чем он ожидал. Но как?..
— Ты живешь в таком огромном доме, что создается впечатление, будто у тебя есть все самое лучшее и самое дорогое. Отец считает, что обеспечил тебя всем необходимым для комфортной жизни, думает, что подарил тебе будущее…
Леди подняла на Адриана измученный взгляд.
— И я уверена, несмотря на все, он действительно очень сильно любит тебя. — Адриан отрицательно покачал головой из стороны в сторону. Этот разговор заходил слишком далеко. Совсем не это он ожидал услышать. А чего тогда хотел добиться? Ради чего спросил ее? Он и сам уже не знал, зачем это сделал. — Вот только в действительности он лишь запер тебя и лишил настоящего.
