Да, пусть так и продолжается. Проявляли они к ней сочувствие хотя бы раз? Какое отношение получила Анна после известия о смерти отца? Маргарита даже пожалела несколько пенсов, которые невестка вынуждена была занять на приобретение в Эксетере краски для преобразования двух своих платьев в траурные одеяния.
Нет, она не скорбела об Эдуарде Ланкастере, о том, что он погиб столь юным и столь страшным путем. Анна радовалась его смерти. Глядя на женщину, скорчившуюся на устланном тростником полу, сотрясаемую сухими горестными рыданиями, уже не надеющуюся на излечение бальзамом слез, младшая барышня Невилл думала, - вот еще одна причина ненавидеть их всех, они сделали ее похожей на себя, - способной получать удовольствие от ухода другого существа, являться безучастной свидетельницей раскрытия души когда-то всемогущей женщины.
Вскоре Анна обнаружила, солдаты Стенли обращались с ней не так, как с Маргаритой, любезно, словно с оттенком отличия. Лишь однажды на пути в Ковентри девушка столкнулась с оскорбительной развязностью, но обидевший ее солдат почти незамедлительно столкнулся с выговором. Даже сам Стенли демонстрировал Анне уважение, рассматриваемое ею как абсолютно не сочетающееся с его характером и неприятное, ведь без этого с ним совсем не пришлось бы общаться. В конце концов, она решила, вероятно, еще остались те, кто чтит память ее отца, кроме того, среди солдат Стенли встречались йоркширцы. Может быть, именно воспоминание о преданности пожилому Невиллу вызывало предупредительность по отношению к дочери графа. Анна не знала, испытывая за проявляемую поддержку лишь благодарность.
Она никогда не сомневалась, тем не менее, что не имеет значения, как ужасно может оказаться ее будущее при йоркском правлении в качестве дочери и жены мятежников, Анне все еще было спокойнее с кузеном Недом, нежели с Эдуардом Ланкастером в роли его постылой супруги. Младшая Невилл не так хорошо знала Эдварда, но чувствовала уверенность, он не заключит родственницу наравне с Маргаритой, не поставит ей в вину грехи Ланкастеров или Невиллов.
Страшнейшим предположением по мере продвижения к Ковентри было, - ее судьбой станет заточение в белых стенах монастырской тишины. Анна не желала провести остаток жизни монахиней. Но она понимала, Нед может представлять такой исход, как самый гуманный и подходящий, чтобы избавить себя от затруднения в лице вдовы Ланкастера. Если король и не задумается об этом лично, рядом всегда окажется Джордж, дабы посеять зерна подобного решения и затем создавать питательную среду, пока они не прорастут.
Анна вспомнила девчушку из селения, из числа теснившихся под сенью Миддлхэмского замка. Ее выдали замуж за солдата, находившегося на службе Уорвика. Молва потеряла его след во время обычной поездки в Ирландию по делам графа. Гибель молодого мужа не подтверждалась более двух лет, и его супруга угодила в капкан неопределенного положения - не жены, не вдовы. Также сейчас чувствовала себя Анна. Наступило освобождение от Ланкастера. Лишь не было свободы в вопросе о повторном брачном союзе. Ибо она оказалась наследницей половины богатейших материнских владений. Ибо Джордж намеревался предъявить собственные права на все земли Невиллов и Бошамов. Анне не требовался кто-то, подсказавший бы ей суть планов зятя. Знакомство с Кларенсом длилось одиннадцать из неполных пятнадцати лет ее жизни.
Она приходилась ему свояченицей, но не подопечной. Юридически, Джордж не имел над Анной никакой власти, что не мешало ей понимать, в конечном итоге, для Кларенса это не играет роли. Он безразличен к законности, как равнодушен к морали, кроме того, обладая могуществом добиться своего доступными ему путями. Джордж никогда не позволит Анне снова найти мужа, способного отстоять ее права, как не смогла бы это осуществить она одна. Ничто больше не порадовало бы Кларенса, чем безопасное удаление родственницы из поля зрения и памяти света и вероятных последователей. Он заставил бы ее скрыться в монастыре, если бы Нед не решился нарушить эти прожекты... только, ради чего кузену так поступать?
Анна могла бы попросить о помощи Изабеллу, но у нее не существовало особо оптимистических надежд на спасение с этой стороны. Сестра не всегда проявляла безотказность, уже давно признала девушка, отыскивая абстрактные выражения для формулировки тяжело воспринимающегося подозрения. Более того, Изабелла слушалась Джорджа, покоряясь его воле, как и подобает образцовой жене. Она не обладала рычагами противодействия супругу. На это был способен только Нед, не имевший причин ради кузины отказывать брату.
Противостоять Джорджу мог Ричард. Анна сразу возненавидела себя за промелькнувшую мысль. Тем не менее, он мог. Если обратиться к герцогу Глостеру, он обязательно поможет, он не позволит запереть ее в монастыре против желания. Но как сейчас просить о спасении Ричарда? Неужели у нее осталось так мало гордости, чтобы совершить подобный поступок?
