'Вы должны понимать, это довольно необычно и способно достаточно легко разорвать ваш брак, если мне будет позволено заметить. Но, полагаю, ситуация не доставляет вам страданий?'
'Нет, Мадам, по меньшей мере, она меня не беспокоит'.
'Ваша вера в Ричарда трогательна. Надеюсь, вы станете в высшей степени послушной супругой', - небрежно сдалась Елизавета. Она стремительно теряла к беседе всяческий интерес. В общих чертах, брак Глостера ее хоть и немного, но порадовал, не часто доводилось наблюдать Кларенса настолько явно расстроенным. Но Елизавета не испытывала симпатии к этой жеманной девочке, наделенной темными глазами и кровью Уорвика, вместе с инстинктивным умением убеждать людей, даже таких искушенных, как Нед, что ей жизненно необходима мужская защита. Королева была твердо убеждена, - барышня, способная поменять постель Ланкастера на постель Глостера меньше, чем в течение года, нуждается в поддержке не сильнее Альеноры Аквитанской.
'Я желаю вам благополучия, леди Глостер', - произнесла Елизавета, небрежно прощаясь, против чего Анна, как минимум, не возражала, настолько она была счастлива избежать этого язвительного обмена репликами и впервые услышать, как к ней обращаются в качестве герцогини Глостер. Титул словно пробовался девушкой на язык и смаковался в молчании, когда королева прибавила: 'Также желаю вам большей удачи, чем та, что сопутствовала вашему первому браку'.
В галерее менестрелей зазвучала клеветническая йоркистская баллада 'Изгнанный герцог', предположительно посвященная незаконной связи между Маргаритой Анжуйской и герцогом-ланкастерцем.
Две башни отмечают место, ставшее заброшенной могилой,
Где он лежит в сырой, холодной круглый год земле.
И королева Англии, которая была ему единственной любимой,
Уходит прочь, не в силах воспротивиться взгляд разъедающей слезе.
Декламировались и другие строфы, едва слышные сквозь звучащий смех, но в их слова по-настоящему вслушивалась одна Анна. Что за странная судьба ей досталась? Оказаться принцессой Уэльской, а потом и герцогиней Глостер меньше, чем за год.
Она отчасти нетерпеливо покачала головой. Не время позволять Эдуарду Ланкастеру предъявлять права на свои мысли или воспоминания. Скорее стоит благодарить Господа Всемогущего за ниспосланную ей удачу, позволившую вернуть все, чего Анна всегда хотела и что считала окончательно утраченным, - Ричарда и Миддлхэм.
Ричард потянулся к ее руке, сжав в своей поверх скатерти. Он оставался намного трезвее и Френсиса, и Роба, и Дика Рэтклифа, за каковую сдержанность Анна была благодарна, как была она благодарна за его готовность доставить ей радость, уберечь от представления, в которое неизбежно превратилась бы придворная свадьба.
'Ты так добр ко мне', - тихо прошептала девушка.
Ричард придвинул к ним свой кубок с вином, разделив его содержимое с Анной. Она скользнула пальцами по запястью юноши, и тот, перевернув ее руку, запечатлел на ладони поцелуй. Промелькнувший между ними взгляд не ускользнул от Роба, громко объявившего: 'Я бы сказал, что мы подзадержались с сопровождением брачной четы в постель!'
Анна напряглась и вновь потянулась к кубку с вином. Она находилась среди друзей, нельзя было оказаться дальше во времени и в пространстве от французского двора. Френсис являлся почти братом, знакомство с Робом длилось на протяжение всей ее жизни, Дик Рэтклиф также относился к числу знакомых и любимых людей. Его жена, Агнесса - давняя подруга Анны, старшая дочь лорда Скроупа, и, хотя она на несколько лет старше девушки, они объединены множеством общих воспоминаний о проведенном в Йоркшире детстве. Анна Фитцхью-Ловелл приходится ей кузиной, а Вероника - ближайшей из подруг. Тогда почему Анна так тревожится, почему ей настолько не по себе? Это не станет, попыталась она себя успокоить, никоим образом похоже на разгул вокруг ложа ее брачной ночи с Эдуардом Ланкастером.
Воспоминание причиняло столько боли, даже после больше, чем шестнадцати минувших с тех пор месяцев, что Анна сделала все, от нее зависящее, чтобы похоронить его и не воскрешать. Однако, сейчас ее преследовали лица из прошлого. Разгоряченные вином лица незнакомцев, оцепивших брачное ложе. Побелевший от напряженной ярости лик Маргариты Анжуйской, горько противившейся подтверждению союза, но побежденной французским королем, пообещавшим своему другу, графу Уорвику проследить, дабы Анна в целости и сохранности добралась до венчания и как следует была бы препровождена в постель. Облегчение на лице собственной матери и смирившееся сочувствие у Изабеллы. Угрюмость красивого лица молодого мужа, чувствующего ее отторжение и испытывающего обиду из-за невозможности супруги его скрыть.
