'Вам следует молиться, чтобы так и случилось', - мрачно ответил Ричард, - 'ибо если он это сделает, первой жизнью, взятой за его измену, станет ваша'.
Узнав, что Тюдор достиг Шрусбери, Ричард решил отложить отъезд из Ноттингема, пока его разведчики не подтвердят направление движения мятежников. В этот вторник он взял Джонни и ближайших к себе людей и выехал, дабы провести ночь в Бесквуде, в охотничьем доме в Шервудском лесу, что в пяти милях севернее Ноттингема. Именно здесь обнаружили короля к полудню следующего дня Джон Спунер и Джон Николсон. Оба хорошо знакомых Ричарду мужчин были отправлены городом Йорком с тревожным посланием. Там уже несколько дней все находились в курсе высадки бунтовщиков на юго-западе и спрашивали, почему Королевская Милость не издаст для горожан призыв взяться за оружие?
Ричард обернулся посмотреть на Френсиса и Роба и увидел, что его друзья разделяют единую точку зрения. Граф Нортумберленд занимался сбором войск в Ист Райдинге. Действительно, в Йорке царило беспокойство, но то, что Спунер и Николсон были в данный момент тут, доказывало, что город способен выставить вооруженную силу. В какую игру играл Нортумберленд? Почему ему хотелось исключить этих наиболее преданных монарху людей из-под его командования? Надеялся ли граф удержаться в стороне от предстоящего столкновения, как поступал в 1471 и в 1483 годах?
'Передайте лорду-мэру Ланкастру и Совету, что я дорожу верностью граждан Йорка больше, чем всеми богатствами моего королевства. Скажите им также, что мне необходимо столько ополченцев, сколько они только могут созвать'.
В планах было вернуться в Ноттингем той же ночью, но Ричард почувствовал себя странно нерасположенным покидать зеленую тишину Бесквуда и, вскоре после наступления сумерек, повел Джонни на прогулку по граничащим с охотничьим домиком землям.
Локи и другие волкодавы, наслаждаясь полученной в лесу свободой, наперегонки летели впереди, лая от переполняющей их радости, птицы заслоняли небо, бросаясь с деревьев, словно множество покрытых перьями стрел и тут же взмывая ввысь. По северной границе заповедных территорий бежал узкий ручей, - Ричард наклонился и, сомкнув ладони, сделал глубокий глоток, после чего брызнул ледяной водой себе в лицо. Джонни тут же последовал его примеру.
'Джонни, я договорился о сопровождении тебя завтра утром на север... в Шериф Хаттон'.
В отличие от Джека Джонни доводов не приводил, он уже несколько дней жил в ожидании этой минуты.
'Да, папа', - ответил мальчик послушно, но, когда взглянул на отца, то глаза его были полны страха. Ричард это увидел, протянул руку и взъерошил уже и так взлохмаченные поднятые ветром волосы.
'Это не настолько плохо. Твои кузены уже там - двое детей моего брата Джорджа и Бесс с Сесилией'.
Джонни придвинулся к Ричарду ближе. В течение прошедшего года он серьезно перешел из стадии отрочества к юности, голос, наконец, обрел собственный тембр, больше не ставя его в неловкое положение несвоевременной ломкой, к тому же мальчик уже успел стать таким же высоким, как Ричард, позволяя надеяться, что достигнет недостающего отцу роста.
'Вы пришлете за мной, как только сражение завершится?' - спросил мальчик, подходя настолько близко, насколько мог, чтобы просить, и Ричард кивнул, хрипло ответив: 'Четырнадцать - трудный возраст, Джонни. Я очень хорошо помню, даже помню, как эти слова сказал человек, чье имя ты носишь'.
Джонни с усилием произнес: 'Не могу представить вас в четырнадцать лет, папа. Вы были на меня похожи?'
'Очень похож, парень'. Но сам себе Ричард задал вопрос, так ли это обстояло в действительности? Был ли он когда-то также уязвим, как сейчас кажется Джонни? Ему думалось, что нет.
Сквозь деревья виднелась краснеющая дымка, но Ричард задержался здесь, у ручья, не делая и попытки уйти. Стояла прозрачная тишина, он почти мог поверить, что окружающая чаща обозначила границы их мира, что по ту сторону этой лесной опушки все остальное давно перестало существовать. Король потер носок сапога о поросшие мхом камни, любуясь на метнувшуюся в тени берега крохотную серебристую рыбку.
'Папа...о чем вы размышляете?'
'О многих вещах, парень. О тебе и о твоем брате. О том, насколько здесь красиво и спокойно'. Ричард бросил в течение камешек, наблюдая за пошедшей расширяющимися вокруг него кругами рябью. 'Также я думал о сыне брата, моем тезке, о Диконе. Странно, что Тюдор должен пересечь реку Северн в Шрусбери, ведь Дикон там родился...17 августа года Господня 1473. Сегодня бы ему исполнилось двенадцать лет'.
'Он мертв, правда?' - тихо произнес Джонни, и лишь тогда Ричард поймал себя на словесной ошибке, на невольном использовании прошедшего времени. Монарх резко поднял голову и взглянул на сына.
'Я много и долго думал. Вот почему лондонцы так быстро поверили этим вракам о вас и о Бесс, так ведь, папа? Потому что они считают, что мальчики мертвы'.
Ричард и представить не мог, что слухи добрались даже до его сына. 'Джонни, Джонни, почему ты не пришел ко мне раньше?'
