Сказать на это Жене было нечего, поэтому он воздержался от ответа. Они стояли в тишине, прежде чем Майя не спросила:
— Как Индия?
— О, это удивительная страна, — сказала Полина, проходя вглубь комнаты. — Дело лишь в том, что мы были там туристами. Я не люблю отельный отдых, ты же знаешь, а мы остановились именно в отеле, и Лешка большую часть времени спал, но страна очень колоритная… Кстати говоря, об Индии… — Полина подошла к своему туалетному столику и взяла что-то с него. — Вот! — сказала она, раскрыв перед Майей ладонь. Там лежало индийское кольцо с изумрудом — как раз под цвет Майиных глаз.
— Нет, я не возьму его, даже не проси, — скрестив руки за спиной, сказала
— Да почему?!
— Потому что, Полли, потому что. Думаешь, я не знаю, почему ты предлагаешь его мне? — Майя округлила глаза, из-за этого Женя уловил еще большее сходство их и изумруда в кольце.
Полина сделала глубокий вдох и села на край кровати, облокотившись на коленки.
— Я просто купила себе кольцо, когда мы приехали на экскурсию в Панаджи. — Она вытянула левую руку вперед и, как веером, помахала ладонью перед лицами ребят, демонстрируя свое кольцо. Оно было в точности такое же, как то, что Полина предлагала Майе, но камень был другой — рубин. — Я забыла. Я совсем забыла, что
— Знаком? О чем ты? — Майя вопросительно взглянула на девушку.
— Стань ей новой сестрой…
Майя изменилась в лице — губы напряглись, глаза стали испуганными. Лишь на секунду у
— Что ты несешь? Никто не… — начала
— Нет, я не прошу тебя заменить Кристину, но… будь рядом с Эльвирой. Это единственное, что я могу просить. Будь рядом, как это делала она…
— Я буду.
— Тогда возьми кольцо. — Полина вновь подошла к Майе и протянула
Майя замешкалась, но затем нерешительно приняла подарок.
Во всей этой ситуации была какая-то неловкость, и Жене казалось неправильным, что он видел передачу Майе кольца, которое должно было принадлежать Кристине. Спускаясь за Майей по лестнице вниз, он видел, как
В некотором напряжении все трое зашли в комнату, где происходил сам праздник. До сих пор Женя не мог понять, как можно отмечать День рождения умершей девушки, но перечить кому-либо в этом вопросе он не мог. Он просто улыбался знакомым людям, проходя вглубь прямиком к бару с напитками.
У барной стойки смешивал коктейли приглашенный бармен, за каждым движением которого завороженно следила Саша с чуть зарумянившимися щеками, что намекало на то, что что-то она успела попробовать. Рядом с ней на высоком стуле сидела Лара, увлеченно переписываясь с кем-то по телефону. Полина пропала где-то в зале, так и не дойдя до напитков, но Майя и Женя шли сюда целенаправленно.
Майя забралась на барный стул рядом с Ларой, и та тут же слегка сконфуженно положила телефон экраном вниз и улыбнулась ребятам.
— Одну «Пина Коладу», пожалуйста! — заказала бармену Майя и, облокотившись на столешницу, прижала ладони ко лбу.
— Трудный день? — озадаченно спросила Лара, какое-то время безмолвно наблюдая за девушкой.
— Вроде того. — Майя отстранила руки от лица, и бармен поставил перед
— В каком именно смысле?
— Заявляться, когда вздумается, и давать наставления…
— О, — выдавила Лара, не совсем понимая, о чем идет речь.
— Кто она вообще такая, скажете? — спросил Женя, наклоняясь ближе к девушкам, чтобы лучше слышать. — Почему День рождения Кристины празднуется у нее?
— Она жена старшего брата Кости, — сказала Майя, рассматривая свой коктейль.
— Не знал, что у Кости есть старший брат.
— Да у него и младший имеется, — подхватила Лара, закинув ногу на ногу и положив руки на колено. — Саша.
— А? — Саша, сидящая рядом, взмахнула своими кудряшками и озадаченно посмотрела на подругу.
— Я не о тебе, — уверила ее Лара. — Можешь продолжать заниматься тем, чем занималась. Не зря же ты надела это шикарное платье.
Саша довольно улыбнулась и, спрыгнув со стула, продемонстрировала ребятам свое платье. Оно было ей по щиколотки, кораллового оттенка с мелкими синими и белыми цветочками, на тонких бретельках с довольно глубоким декольте и длинным разрезом на подоле, который появлялся, когда девушка отводила колено слегка в сторону. Саша была не меньше ста семидесяти сантиметров, чем чрезвычайно гордилась и то и дело пыталась напомнить об этом Ларе, которая, как и Майя вообще-то, была не выше ста шестидесяти.