Выйдя из душа и застав в своей постели азари, Эйрим ничуть не удивился. Найрити, в общем-то, и не надеялся застать врасплох начальника службы безопасности, но было бы приятно увидеть на его невыразительном лице хоть какие-то эмоции.
– Лийн Найрити.
– Мы снова соблюдаем все формальности? – чуть недовольно поинтересовался азари.
– Найрити, – повторил Эйрим, уже опустив традиционное уважительное обращение. – Я думал…
– Что я не приду сегодня?
– Да.
– А зря, ты же не надеялся так легко от меня избавиться после того, что вчера было? – Найрити соблазнительно потянулся и демонстративно окинул взглядом мощное обнаженное тело ханара, по которому все еще скользили прозрачные капли.
– Нет, на самом деле… Я даже не знаю, что думать, Найрити, – признался Эйрим, не спеша приближаться к кровати.
Лийнар улыбнулся и поманил его к себе пальчиком, совсем как вчера.
– А ты не думай, великанчик. Просто иди ко мне. Не будем зря терять время.
***
Путь до Окраины по мнению самого Райнэ пролетел слишком быстро. Днем он гулял сознанием по всей сети бортового компьютера, пытаясь вычислить враждебный вирус-код, ночи же превращались в один сплошной порыв неистового безумия в жарких объятиях его танка.
Время, когда передозировка альтриной грозила ему смертью, уже давно прошло, все системы его организма пришли в норму. Действительно, он поправился гораздо быстрее, чем ожидал. Более того, окончательное закрепление связи через психофизический контакт с Кэйлом укрепило его и поддержало настолько, что к псионику вернулась большая часть его способностей. Он чувствовал, что теперь может вывести из строя по крайней мере десяток боевых звездолетов сразу. И физически тоже ощущал себя гораздо лучше.
Найрити еще раз вколол ему сыворотку для лучшего усвоения альтрины, и теперь его организм жрал щедро поставляемую танком энергию, как бездонная черная дыра. Но сейчас альтрина не уходила в никуда, как до того, когда Нарэш создал свой энергетический каркас для его каналов, а тратилась на укрепление всех жизненно важных систем организма.
Недавно осмотрев себя внутренним взором, Нир увидел, что почти все пересохшие каналы восстановились. Его пси-скелет снова испускал ослепительное серебристое сияние, благодаря энергии, которую Нарэш не жалея вливал в него сотнями альтов.
И сам Кэйл стал гораздо спокойнее, терморегуляция его тела пришла в норму, он перестал страдать от излишнего потоотделения. Связь пошла им обоим на пользу – Кэйл эмоционально раскрепостился, у него даже появилось чувство юмора, так как иногда он шутливо подначивал своего псионика. Это не могло не радовать.
Но после того, как больше ничто не препятствовало Ниру пробраться в сознание его танка, и он увидел, что тот собрался один смотаться на Окраину и даже просил на это разрешения у Ралерта, псионик сильно разозлился и они с Кэйлом впервые крупно поссорились. Помирились только когда Кэйл пообещал, что никогда больше не станет даже думать о том, чтобы самому отправиться в горячую точку, независимо от того, в каком состоянии будет его псионик. Либо вместе, либо никак.
Найрити, заметив, что Райнэ так быстро восстановился, искренне порадовался за своего друга. Заявил, что раз Нир уже пришел в норму, то теперь лийнар не будет возражать, если псионик найдет и обезвредит вирусный код, который Шеллир внедрил в систему бортового компьютера.
К третьему дню полета, когда они уже почти прибыли на Окраину, Нир его и нашел. Весь следующий день он провел в сети, почти полностью слившись сознанием с компьютерной системой, пока разбирался со структурой боевой программы. Она оказалась по-настоящему сложной, ее создавали мастера своего дела, и даже псионику его уровня оказалось трудно найти правильный ключ к деактивации, потому что если бы Нир сделал что-то не так, то последствия могли быть летальными. Начиная от полного отключения всей навигационной системы и заканчивая тем, что бортовой компьютер, контролирующий все системы на крейсере, мог вообще вырубиться.
Вечером третьего дня «Ярость Андромеды» достигла координат прорыва. И в тот же момент Райнэ наконец нашел правильное решение для отключения программы. Но стоило ему закончить внедрять алгоритм деактивации, как внезапно все системы на корабле встали.
Началась суматоха, пилоты в рубке срочно стали искать место для посадки, пока не выяснится причина, по которой системы сдохли. Место нашлось – какая-то небольшая обледенелая безжизненная планетка.
Крейсер вошел в пределы ее неприветливой атмосферы на запасном резерве энергии, прибереженном как раз для таких вот экстренных ситуаций. Неуклюже грохнувшись на мерзлую твердую поверхность планеты, покрытую жестким снегом слоем в пять или шесть метров и толстой коркой льда, боевой звездолет со стоном умирающего мамонта окончательно издох.
Нир в это время судорожно пытался определить причину сбоя всех систем, и войдя в матрицу, увидел, что альтронный реактор перестал вырабатывать энергию. Огромное пылающее ядро альтрины в самом сердце корабля потухло.
