— Ничего? — встретил его Скитович вопросом, ставшим чуть ли не ритуальным.
— Есть, но не по нашей части — оружие.
Глаза друга азартно загорелись:
— Какое оружие?
— Простое — «АКМ» и какой-то «винторез».
— «Винторез»? Коротенький такой, с полым прикладом? — Скитович весь обратился во внимание.
— Не знаю — не видел. Хозяин мне только «АКМ» показал.
— Здорово! А «АКМ» укороченный?
— Я же сказал: «АКМ», а не «АКСУ», — Гаркавый нетерпеливо посмотрел в сторону магазина.
— Во дают, вроде бы и Чечня далеко. Впрочем… И сколько просит?
— Тысячу.
— Это недорого. Давай «винторез» купим! Прикинь, снайперский бесшумный автомат…
— Зачем? Сесть за хранение?
— Пригодится.
— Не пригодится, поехали. — Гаркавый выразительным движением положил руку на руль.
— Жмот! — обиделся Скитович. — Там, между прочим, и мои деньги есть.
— А на какие шиши антиквариат будем скупать? Появятся лишние — покупай хоть миномет, а сейчас не до этого.
— Ладно, — нехотя согласился тот, — я дом все равно запомню.
…К вечеру они возвратились в город.
Поездка и на этот раз оказалась удачной.
Им везло, как, впрочем, и полагается новичкам.
Раз за разом, с постоянством бильярдного шара, стремящегося в лузу, Новиков вновь и вновь мысленно возвращался к книге. Что-то тревожило его во всей этой истории. Каждой отдельно взятой частицей своей души он чувствовал себя эдаким усталым искателем алмазов, наконец-то добывшим особо крупный камень. Казалось — тысячи алчных и злобных глаз впились в счастливца…
«Совсем я что-то не того, — печально думал антиквар. — Социалистическая закалка, будь она трижды неладна. Разве ж нас готовили в миллионеры? Вот вам, пожалуйста, и результат — стоило столкнуться с настоящей «копейкой», и на тебе — чуть ли не до окопной болезни доходит. Ничего, завтра разберусь с этим Гаркавым, и на дно…» Он несколько раз, ссутулясь, прошелся по комнате. «Насчет хозяина книги они скорее всего приврали — чем-то, наверное, я их вспугнул, но сколько она может стоить на самом деле — для них все же темный лес. Это факт. — Лицо антиквара на миг посветлело. — Вид, правда, у этого парня волевой — такой просто так своего не отдаст…» Новиков поморщился. «Да и дружок у него не лучше. Тут нужна ювелирная работа… Фраер ты, Коля! — пронзила мозг совсем нежданная мысль. — Даже миллиона как следует спереть не можешь!»
Ему было тридцать восемь, и впервые за много лет он готов был расплакаться.
Кто знает, что такое синдром Мартина Идена, вряд ли удивится этому.
— А почему ты так легко согласилась пойти со мной в тот день?
Гаркавый пристально посмотрел Лене в глаза.
Они сидели в уютном кафе с претенциозным названием «У Саши». На столике перед ними стояли полупустая бутылка «Мартини» и два широких бокала.
— Ты мне понравился, — не смутилась девушка. Длинные, красивые ресницы ее слегка дрогнули.
— А если все, кто понравится, будут тебе предлагать постель? Что тогда?
— Так не бывает, — Лена покраснела и отвела взгляд в сторону небольшой эстрады, на которой пожилой пианист с заплетенными в косичку волосами самозабвенно играл прелюдию Баха «Фа минор».
— Но это всегда подразумевается, — не отставал Гаркавый.
— Не будь занудой, повторяю: ты мне ОЧЕНЬ понравился.
— И сейчас еще ОЧЕНЬ?
— А разве не видно? — девушка посмотрела ему в глаза нежно и призывно.
— Я, если честно, слабоват в женской психологии.
— Не комплексуй — у тебя с этим все нормально. Особенно с сексологией…
Гаркавый легким касанием губ дотронулся до уголка ее рта:
— Мне с тобой хорошо, давай за это выпьем.
Они пригубили вина.
— Расскажи мне, если можешь, подробнее, чем вы занимаетесь с Димой, — неожиданно попросила Лена и сделала вид, что приготовилась слушать.
— Тебе это нужно?
— Да, — уверенно ответила она.
— О, это печальная история о двух рыбаках, решивших словить золотую рыбку…
— Я же серьезно, — обиделась Лена.
— Хорошо. Мы с ним занимаемся антиквариатом, притом самым банальным образом: покупаем его, а затем продаем, — как на духу выдал Гаркавый.
— Значит, в музее ты говорил правду?
— А ты разве сомневалась?
— Нет, но если честно, это как-то с трудом вяжется с твоим… имиджем, что ли.
— Я сам себе удивляюсь — так круто повернулась жизнь, — задумчиво проговорил он. — Просто был момент, когда мне позарез нужно было чем-то заняться, чтобы выбраться из душевного и финансового кризиса. Другого тогда Бог не дал — видно, судьба… — Гаркавый вдруг улыбнулся. — Зато, если заработаю миллион зеленых, — вылечим твою маму и на Багамах позагораем.
— Шутишь?
— Верю.
…Во втором часу ночи они вышли из кафе хмельные и счастливые. На улице было свежо и безлюдно.
— Куда? — прижавшись всем телом к Сергею, спросила девушка.
— Ко мне.
Поцеловавшись, они остановили такси. Ночной город приветливо подмигивал счастливой парочке огоньками рекламы.
Едва переступив порог, Гаркавый страстно обнял девушку…
Утром чуть свет Лена осторожно разбудила его.
— Мне пора — брату на работу, — чуть слышно шепнула она на ухо.
— Вечно тебе нужно спешить, — так же тихо сказал Гаркавый и легонько сжал ее руку — ему не хотелось оставаться в одиночестве.
