Малика – так звали самую маленькую в семье (тоже долго не думали над именем) – показала язык мальчишкам, которые явно дулись, потому что проспали всё самое интересное.
– А она разрешала? – спросила Мина. – Это опасная вещь, вдруг выстрелит?
– Неа, не выстрелит. Там внутри патрона нет. Кира их у себя в сумке носит и никому не даёт. Она сама мне винтовку предложила, но я постеснялась взять, поэтому она папке передала, чтобы он мне показал. И из арбалета дал стрельнуть.
Девочка ещё раз показала мальчишкам язык – более вызывающе.
– С настоящей стрелой!
– Вруша! – сердито хмыкнул Дин, не выдержав первым.
– Не стрелой, а болтом! – в унисон ему добавил Мика.
– Сами вы груши! – поддразнила их Малика.
– Ты его-то и держать сама не сможешь, пока целиться будешь!
– Стешка сказал, что другим детям запретили трогать арбалеты!
– А вот и неправда! – смело оспорила девочка, будто только этого и ждала. – Кира сказала, что всем можно учиться, и девочкам тоже! Просто надо быть осторожным и нельзя брать без спросу. А арбалет мне папка помогал держать! И за стрелой я сама бегала.
– За болтом!
– Выбражуля! Девчонкам главное, чтобы подразниться…
– Чего вы сразу взъелись? – спокойным, но одновременно строгим тоном одёрнула их мать, решив пресечь разгоравшуюся ссору (ну вот почему сразу с утра надо нервы трепать?!). – Пошли бы сами, да спросили, чем сидеть здесь и ссориться попусту! Боитесь, что-ли, что она вас покусает? Она же девчонка! По-вашему получается, что у неё эти штуки вообще отобрать надо? И мне тоже нельзя было вчера с Ноей из лука стрелять?
Мальчишки прикусили язык. Против матери не попрёшь, она всегда придавит каменным аргументом. Обидней всего было даже не заступничество матери – это было понятно, некое соперничество мужской половины против женской в семье всегда присутствовало, – а заступничество отца, который явно подыгрывал любимому сопернику с исчерпывающей отговоркой «ей можно, потому что она девочка». С появлением нового командира всё стало только ещё хуже: подростки, получившие арбалеты, трепетали перед Кирой, а мужчины выслуживались. Так, в любом случае, это выглядело со стороны мальчишек, не доросших до чести носить оружие, поэтому обречённых швырять камнями да за маленькими девчонками следить в роли нянек. А они точно знали истинную причину – потому что Кира красивая. Была бы некрасивая, никто бы на неё внимания не обращал.
– Пошли! – шепнул один братец другому, толкнув локтем.
Дружно встав, они направились «погулять, посмотреть, где Стешка». Недостойное это для мужчин дело – сидеть и слушать кудахтанье баб, которые начали одна за другой подходить к Мине с глупыми фразами «Доброе утро, как спалось?» Какое оно может быть добрым, если ты проспал в горах на твёрдых, холодных камнях, а не дома? Лучше бы сразу спросили, чего нового она может им сообщить. Если Малика подбегала к матери, то это всегда значило, что есть какие-то горячие новости, которые быстрее всего можно было получить (за исключением первых лиц) от Мины или Нои, и поэтому самое позднее через минут пять после Малики подходили самые любопытные «поздороваться и поболтать».
– Я себе тоже арбалет заведу, когда буду старше! – заявила Малика матери, искоса смотря вслед братьям (сами вруши – спорить на щелбан готова, что они сейчас повернут к дозорным, чтобы выклянчить у отца винтовку или арбалет!). – Только покрасивее этих. И буду тоже на охоту ходить!
– А кто же маме помогать будет? – ахнула Вара (и вам, тётя, доброго).
Малика немного подумала и находчиво ответила:
– Папа! Он станет стареньким, поэтому ему полезно будет отдохнуть. И маме не надо будет больше ругаться, что он больше в лесу живёт, чем дома.
Женщины зашлись смехом, ошарашив девочку, которая вполне серьёзно обосновала решение семейной проблемы.
– Золотце, какая же ты умница! – хвалила Вара, утирая платком слёзы умиления. – Ещё бы папа тебя послушал…
Оглянувшись, женщины посмотрели на компанию за костром – не слышно ли им было, над чем смеялись. У тех, очевидно, были свои шутки, над которыми они залихватски смеялись – вместе с мальчишками, которые поначалу отскочили с испугом от костра.
– Чего это они скачут? – подумала вслух за остальных Вара.
– Гадюки испугались, – просто ответила Малика.
– Какой гадюки?
– Обыкновенной. Кира на охоте поймала и принесла.
– Чего?.. – враз перестав смеяться, теперь бабы ошарашенно смотрели на девочку, которая, видимо, считала ловлю змей нормальным явлением. – Она что – сумасшедшая, ядовитых гадов таскать?! А ну укусила бы?
– Почему сразу сумасшедшая? – непонимающе и даже с тенью обиды возразила Малика. – Кира говорит, что змеёй можно кого угодно запугать, даже не ядовитой. Бросить под ноги тому, кто на тебя нападает, и пока он испуганно прыгает, камнями забрасывать.
– Ты попробуй сперва поймай её! – взволнованно сказала Ксена, которая присоединилась к женской компании минутой позже Вары.
