И еще вот о чем я хочу сказать. О пьянстве. Пьют, что называется, наповал. В Масляхинском сельсовете, на пример, весь актив заражен пьянством во главе с председателем сельсовета. Твердые задания зажиточными хозяйствами далеко не выполнены, и мер к ним не применено, а наоборот, их всех распустили из пределов сельсовета с бедняцкими и середняцкими справками. В этом же сельсовете колхозы «Опора» и «Красный пахарь» вообще отказались от сдачи хлеба — ни фунта не сдали государству. После этого не понятно, чьей опорой являются такие колхозы… А Крутихинский сельсовет нами распущен целиком как не оправдавший доверия партии и избирателей. Сельсовет этот в абсолютном виде бездействовал и защищал интересы кулацко-зажиточной части села. А вот еще хлеще в колхозе «Красная Армия» Буяновского сельсовета руководителем был бывший кулак. По распоряжению этого руководителя-кулака в колхозе было забито сто штук овец, восемь свиней, один теленок, и все мясо роздано в тот же день колхозникам. И, видимо, такие и подобные факты были, конечно, не единичными, были не только в колхозах нашего округа, а и вообще в крае. Поэтому, наверное, и была послана по райкомам и окружкомам телеграмма крайкома партии следующего содержания, — ответсекретарь взял со стола большой телеграфный бланк. — Я не буду зачитывать весь текст, прочту только конец этой телеграммы крайкома. Вот слушайте: «…шестое, особо злостные колхозы один тире два в виде исключения распустить зпт руководителей предать суду немедленно взыскав с колхозников налог самообложения по ставкам единоличников». Поняли, товарищи, как ставится вопрос?
— Может, не так надо ставить его, этот вопрос? Может, — не распускать и не облагать страшным налогом этих бедных колхозников? — перебил Данилов. — Может, изучить причины — почему все это происходит. Разобраться досконально. И окажется, что не разгонять надо, а может, помочь этим людям встать твердо на ноги?
— Чем мы поможем? Скотину, которую забрали у кулаков, отдали им. Инвентарь отдали им, дома, забранные у кулаков, отдали тоже им. Что еще им надо? Что мы можем еще дать?
Данилов как-то вдруг загадочно улыбнулся:
— А может, взять, да кого-нибудь из секретарей окружкома, как говорят, «бросить на низовку» — послать к ним председателем, а? Сделать колхоз-гигант во главе с секретарем окружкома.
— А не получится это — из пушек по воробьям?..
— Боюсь, что получится другое: порох-то в этих пушках давным-давно отсырел… Не бабахнет — пшик получится. Это скорее всего. Бумажные мы все. Давно от хозяйства, А некоторые никогда в нем и не были, в хозяйстве-то. До сих пор не знают, с какой стороны лошадь запрягают.
— Сейчас к тракторам надо привыкать, а не к лошади, — заметил вполголоса директор МТС.
— Во-во! — воскликнул Данилов. — Это мы умеем. Полтора трактора получили на район и сразу лошадь побоку, и сразу все — на трактор! Где ж мы все на одном поместимся?..
— Ну, уж так прямо и один — скажете же вы, Аркадий Николаевич.
— Ну два… три — не больше. Я думаю вот что: может, нам таких, как Кульгузкин, как вот Сладких, людей, так сказать, набивших руку на создании колхозов, взять и поставить во главе создаваемых ими колхозов, а? Вот сейчас, после этого бюро, будем посылать Степана Алексеевича Сладких куда-то в район организовывать колхозы? Ведь для этого ты оставил его на второй вопрос? — повернул голову Данилов к ответсекретарю.
— Да, для этого. Думаю, что мы пошлем большую группу партактива.
— Вот взять и сказать товарищу Сладких и еще там остальным, кого наметим, сказать им: выбирайте себе район, село на жительство и организуйте там колхоз и руководите им. — Данилов вопросительно посмотрел на членов бюро. — Вот такое предложение я вношу.
Ответсекретарь согласно закивал.
— А что! В этом есть резон. Как, товарищи вы считаете? Краевой комитет партии нас нацеливает на то, чтобы мы считали, что хлебозаготовки не кончились прошлой осенью. Они продолжались всю зиму. Продолжаются и сейчас. Хлебозаготовки в стране идут круглый год. И мы должны это помнить. Поэтому предложение Аркадия Николаевича, по-моему, очень кстати. Дельное предложение. Сегодня, прямо с этого бюро, мы должны разослать уполномоченных по районам нашего округа с задачей — усилить темпы хлебозаготовок, а там, где еще не завершена полностью коллективизация, завершить ее самым интенсивным образом. Особенно это касается твоего района, Аркадий Николаевич. У тебя очень неблагополучно со стопроцентным охватом коллективизацией. К вам поедет уполномоченным с самыми неограниченными правами товарищ Сладких. У него богатый опыт на этот счет. И вообще у него не дрогнет рука. Возражений нет, надеюсь?
Кто мог знать, что это было последнее партийное поручение Степана Сладких…
Пока вы все и каждый в отдельности не поймете, что без колхозом нам жить нельзя, до тех пор никто из этого помещения никуда не выйдет, — Кульгузкин строго осмотрел зал.
