Эллин промолчала, в горле стоял ком, и чувствовала она себя ужасно. Ее чем-то опоили и похитили. Везут к самому страшному человеку в королевстве, что еще может быть хуже?
– Какое-то время ты не сможешь говорить, – с озорством произнес Туссен, – ха! Пташка без голоса, ну смешно же!
Козлобородый противно засмеялся.
Эллин с трудом подняла голову и только сейчас поняла, что находится в какой-то комнате. Она лежала на узкой кровати, руки были связаны. Мерзкий Туссен сидел рядом на стуле и продолжал хихикать. Второго похитителя не было.
Если бы не ее ужасное состояние, у Эллин был бы крохотный шанс сбежать. Можно было бы ударить Туссена в пах, например. Но девушка даже пальцем не могла пошевелить. Говорить она тоже не могла. На помощь не позовешь. Оставалось только тупо лежать и прожигать взглядом рыжего Туссена.
Скрипнула дверь, послышались громкие шаги, и перед Эллин возник Рикар. Он улыбался такой улыбкой, словно они с Эллин были лучшие друзья.
– О, пташка пришла в себя, – довольно произнес он и потряс перед ее глазами каким-то свертком, – я принес кое-что. Не можешь же ты предстать перед владыкой в этих лохмотьях.
Услышав про владыку, Эллин испуганно заморгала и попыталась встать. Тщетно. Тело еще не слушалось ее.
Рикар усмехнулся.
– Вижу, тебе не терпится увидеть владыку своими глазами. Не могу препятствовать твоему желанию, – сказал он, – а потому мы отправимся к нему прямо сейчас.
Эллин смогла только выдавить испуганный писк.
– Но сначала мы тебя переоденем, – продолжил Рикар и развернул бумажный сверток.
«Нет! Нет!» – мысленно завопила Эллин. Вслух же она ничего не могла сказать, как и не могла бороться с происходящем. Она была в ярости, она хотела убить проклятущего Рикара, но сил у нее хватило лишь на то, чтобы часто моргать и издавать тихие невнятные звуки.
Похититель вытащил какое-то одеяние из тонкой ткани и склонился над девушкой. Туссен с плотоядным взглядом придвинулся ближе. Рикар прикоснулся к штанам девушки, медленно потянул и остановился.
– Туссен, – сказал он, повернувшись к подельнику, – выйди из комнаты.
– Но я хочу помочь тебе, – ответил рыжий, – и посмотреть!
– Скоро она будет принадлежать владыке. Вряд ли он обрадуется, что кто-то смотрел на нее, понимаешь?
– А как же ты? – недоверчиво спросил Туссен, но все же попятился к двери.
– Я – совсем другое дело, – спокойно ответил Рикар, – ну же, уходи, мы теряем время!
Туссен обиженно шмыгнул носом и вышел, хлопнув дверью. Рикар коротко хохотнул и, не говоря ни слова, потянулся к штанам Эллин. Девушка напряглась и зажмурилась, пытаясь представить, что она находится в другом месте. Никогда прежде ей не доводилось испытывать подобного унижения. Никогда.
Она почувствовала, как с нее медленно стянули брюки. Как же она хотела сейчас врезать этому подонку. Как много она бы отдала за это. Эллин попробовала пошевелить рукой, – бесполезно. Из-под закрытых век потекли слезы бессилия и ярости.
– Мне жаль, – услышала она голос Рикара, – что я должен раздевать тебя, пташка. Но иного выхода у меня нет.
«Есть, – с гневом подумала девушка, – ты можешь просто отпустить меня, мерзкое ты создание!»
Вслух же она смогла только промычать.
Рикар обхватил ее за талию и приподнял с кровати. Легким движением стянул с нее старую рубаху. Эллин осталась почти раздетой, если не считать коротких панталон и тугой ленты, что обтягивала ее грудь.
– Это тоже нужно снять, – неожиданно тихо сказал Рикар и потянулся к ленте. Эллин вздрогнула от отвращения и еще крепче зажмурилась.
Могла ли Эллин представить, что она, дочь виртуозного музыканта, окажется в такой унизительной ситуации? Нет. Но должен же быть выход.
Рикар раздел ее. Кожа девушки покрылась мурашками. Так противно ей еще не было.
Мужчина взял тунику, что принес, и аккуратно надел на девушку. На ноги – золотистые сандалии из мягкой кожи.
– Почти готово, – уже веселым тоном произнес он и прикоснулся к волосам Эллин. Провел по ним пятерней и слегка взъерошил, – вот, так-то лучше. Теперь, пташка, мы можем идти.
Эллин впервые за всю унизительную процедуру открыла глаза.
«Идти? Да он просто издевается надо мной!»
Рикар обвел глазами комнату и откуда-то из угла вытащил скрипку. Свободной рукой он подхватил девушку и перекинул через плечо, как мешок.
– Идем к владыке! – пробасил он и гоготнул, словно сказал нечто веселое.
Всю дорогу до замка Владыки западных земель Эллин почти ничего не соображала. То ли еще действовало то пойло, что влил в нее Рикар, то ли ужас от происходящего настолько повлиял на нее. Но, как бы там ни было, а в себя она пришла, когда оказалась стоящей в огромном зале. С двух сторон ее придерживали Туссен и Рикар. Если бы не они, она бы свалилась на пол и вряд ли бы уже поднялась. Перед глазами плыли круги, а тело покрылось мурашками от холода. Проклятая туника совсем не спасала от вечерней прохлады.
Огромный зал круглой формы был пуст. Стояла тяжелая, почти осязаемая кожей, тишина.
Послышались неторопливые, даже ленивые, шаги. Из глубины зала к ним шел лысый мужчина лет сорока. На нем был красный костюм и кольца в ушах.
