Кассандра вдруг больно схватила ее за волосы, отчего Рабыня взвизгнула — И запомни чернавка, если о нашем разговоре узнает хоть одна живая душа, тебе не жить! Поняла меня?
Ингрид скривилась от боли. Хватка Кассандры поистине сильная.
— Клянусь Одином я буду молчать госпожа! Ай, больно!
— Я не верю вашим языческим Богам! Эти бездушные, каменные идолы, ничто иное как больная фантазия опьяневших от крови и похоти грязных варваров! — Саксонка ещё сильнее потянула светлые пряди. — Клянись своей жизнью что ты будешь держать язык за зубами! Не то отправишься прямиком в вашу небесную Валлгалу! Ведь так вы называете чертог своих фальшивых Богов?
— Клянусь моя госпожа, я никому ничего не скажу! Прошу вас, отпустите!
Кассандра брезгливо оттолкнула от себя Ингрид. И спокойно, словно ничего не произошло ответила.
— Вот и умница! Хорошая девочка. А теперь ступай!
Ингрид тут же бросилась к дверям, боясь гнева своей хозяйки.
Саксонка прикусила губу. Невеста! Наверняка Харальд очень счастлив. Что же, скоро его радость сменит печаль.
То что она задумала, было очень опасно. Если бы был жив ее отец, он бы наверняка поставил ее на колени перед распятием, заставив всю ночь читать молитву во имя спасения души своей, дабы в голове больше не возникло мыслей грешных.
Кассандра упала на колени. Из глаз девушки потекли слёзы.
— Отец небесный! Покарай меня! — Девушка скрестила руки в замок, прижав их к вздымающийся груди. — За что ты уготовил мне такую участь? Чем я прогневала тебя? Посмотри во что превратилось мое сердце! Оно почернело, стало каменным! Я больше ничего не чувствую кроме жгучей ненависти к нормандцу! — Из груди саксонки вырвались рыдания. Она никак не могла избавиться от мыслей о Харальде. Но ее любовь больше не была нужна ему, как и она сама. Да варвар и не любил ее никогда! Какая она наивная, полагала что сможет расположить его к себе! Пускай же тогда страдает северянин, почувствует на себе всю боль и горечь потери любимого человека. Раз ее сладкая любовь пришлась ему не по вкусу, пусть же хлебнёт горький напиток мести.
Девушка ещё долго сидела на полу беззвучно повторяя святое писание, которое так часто читал ей отец перед сном. Закрыв глаза, Кассандра пыталась найти ответ у Бога, почему мужчины бывают так жестоки? Колени затекли, тело ломило от неудобной позы, но она все продолжала читать молитву, словно заранее замаливая страшный грех которая она вскоре совершит.
Ярл Олаф вне себя от злости покинул пир и весь оставшийся вечер просидел в одиночестве.
Эйнар рассказал ему всю правду и смел просить руки его дочери.
Каков же проходимец! Старик Ярл в гневе нанёс обидчику дочери кулаком в лицо, но викинг даже не шелохнулся. По хорошему его стоило вздернуть на виселице за столь подлый поступок, касательно его дочери. Но не желая опозориться, Ярл смирился. Так и быть, пускай забирает Оду.
В дверь негромко простучали.
— Войдите! — Крикнул старик. Подрал бы их всех Локи, что им надо от него? Сегодня кашель обострился, старик хотел побыть один.
В покои ступил Харальд. Свет факелов падал на его широкую фигуру. Викинг слегка поклонился.
— Ааа, Харальд! Проходи..-Старик громко закашлял, присаживаясь на кресло застланное овечьей шкурой.
— Ярл Олаф. Я знаю причину визита Оды на тинг. Обычно бабы не посещают мужские пиры. Скажу прямо, я почтён твоим желанием отдать за меня девку, но видит Один, муж выйдет из меня никудышный! Я воин, и вся моя жизнь это поле боя. Наверняка ты не хотел бы что бы твоя дочь рано овдовела, ведь никто наверняка не знает когда оборвётся моя нить! Через неделю я как и остальные отплаваю в поход, и лишь богам известно вернусь ли живым…
— Знаю, знаю Харальд. О твоей храбрости я наслышан. Ты замечательный воин, и наверняка твой отец гордится тобой!
Старик понимал к чему он клонит. Он отвергает предложение о союзе с его дочерью. Но так даже лучше. Пускай Эйнар забирает порченую девку себе! Иначе если правда вскроется, то Оду как и ее ребёнка убьют, а его самого после смерти будут проклинать недобрым словом.
— Но есть один викинг, о котором идёт добрая молва! Он мог бы стать тебе хорошем зятем! Его имя Эйнар Торкельссон! Сын славного викинга Торкеля Безбородого! Прошлой осенью Эйнар, помог мне отбить поместье, я думаю он станет достойной партией для Оды!
Старик слегка раскраснелся. Харальд, Харальд! Если бы ты знал что натворил этот проклятый сын славного воина Торкеля Безбородого, так опозорив честное имя своего отца! Но делать нечего. Если бы не беременность дочери, Олаф собственноручно придушил бы его.
— Да, уже наслышан… Мне довелось с ним быть знакомым. С некоторых пор он платит мне налог за землю. Так же я имел честь знать его отца. — Старик вновь закашлял. Харальд вдруг подумал что Ярл не доживёт до берегов Англии. На тряпице куда прокашлялся старик, появились капли крови. Олаф вытер подбородок, тяжело задышав. Ярл отдёрнул ворот рубахи, казалось ему с трудом даётся каждый вздох.
