Я увидел лежащую на простыни ночную рубашку, взял ее и накинул на Диану, затем через ткань расстегнул ей бюстгальтер, продел руки девушки в бретельки и, взяв лифчик по центру, протиснув ладонь прямо между массивными грудями, вытащил его вверх. Положив Диану на спину, я снял с нее трусики, концентрируя тем временем взгляд на какой-то точке в стене. Я коснулся интимных частей ее тела невообразимое число раз и все время видел «флешфорварды», ощущал нечто, схожее с дежавю, только о будущем. Касаясь груди или ягодицы Дианы, я резко видел перед собой свою будущую дочь, вернувшуюся пьяной с выпускного. Я понятия не имел, откуда взялся этот образ, но он проявлялся все четче и четче. И в те моменты, когда влечение должно было овладевать мной, меня заполняло чувство любви и заботы о моем родном тельце, хоть она уже далеко не малышка, а зрелая красавица-выпускница.
Таким образом, раздев догола одну из самих умопомрачительных женщин на свете, я умудрился ни разу не приблизиться к состоянию возбуждения. Я взял Диану на руки и перенес ближе к подушке, потом накинул одеяло девушке на плечи и поцеловал в лоб.
– Спи, малышка.
– Спасибо, Наполеон, – пробормотала она, – если хочешь уйти – в коридоре у двери висит запасной ключ. Закрой меня снаружи и оставь его себе. Теперь ты всегда можешь приходить сюда, когда не захочешь возвращаться домой к отцу.
Я вспомнил свою ложь о том, что живу с папой, а Диана уже мерно засопела. Я складывал ее вещи, как вдруг из джинсов вывалился и открылся паспорт. Я вытаращил глаза: Диане было тридцать шесть лет. Она выглядела лучше многих моих одногруппниц, а на деле между нами была разница в восемнадцать лет – целую жизнь солдата, погибшего в Чечне или Афганистане. Положив паспорт рядом с аккуратно уложенными вещами, я вышел, закрыл входную дверь и прицепил ключ к своему брелоку.
До дома мне было идти всего минут семь быстрым шагом. Я плелся все полчаса, виляя кругами. И все это время я думал, насколько одинокой надо быть, чтобы почти в сорок лет вести себя так. Новый ключ, звеневший в моем кармане, придавал тяжести последней мысли.
Воскресенье было выходным днем, поэтому, как следует, отоспавшись, часам к четырем после полудня я направился к Диане домой. Подойдя к двери ее квартиры, я заколебался, открывать замок своим ключом или звонить. Я выбрал последнее.
Диана распахнула дверь и тут же ушла обратно внутрь. Так обычно поступают не с гостями, а с жителями квартиры. Я зашел, закрылся и разулся.
– Ты что, уже умудрился потерять ключ? – спросила она меня из комнаты.
Я зашел туда. Диана в спортивном костюме сидела перед компьютером и щелкала фисташки.
– Я не стал ломиться в чужой дом.
Диана посмотрела на меня суровым взглядом.
– Если я сказала, что ты можешь пользоваться ключом в любое время, значит, так и есть. Ясно?
– Тебе не кажется, что ты слишком по-хозяйски со мной разговариваешь?
– А разве я не добилась такого права?
– Эй, я просто зашел посмотреть, нормально ли ты себя чувствуешь, и вернуть ключ! – соврал я.
Диана сразу присмирела.
– Спасибо, что твоя дочь спала крепко, и обошлось без инцеста.
– Ты отлично сыграла роль капризной чертовки.
– Я вообще хорошо играю. Только вчера все было по-настоящему.
– А если бы я зашел, а ты гуляла бы здесь голая?
– И что? Можно подумать, когда ты меня раздевал вчера, то чего-то не увидел.
– Ничего я не видел, потому что старался не смотреть.
– Ха! Зная твои дурацкие манеры, я тебе верю! Ох уж эта твоя скромная честность, хрен ее вытравишь. Она прямо в крови сидит!
– Допустим, частично голой я тебя видел. А если бы ты здесь спаривалась с кем-нибудь?
Диана загоготала.
– Я тебе что, какая-нибудь дикая корова, чтобы спариваться? Но я поняла смысл. Ну что же, присоединился бы, – спокойно сказала Диана, закидывая в рот очередную фисташку, причем совершенно невозмутимо.
– Это мерзко!
– Да ну? Я всегда думала, что секс втроем – мечта каждого мужчины, не имевшего такого опыта.
– С двумя девушками – да. Это заводит, повышает самооценку, а двое мужчин… Может тебе нравится, когда тебя протыкают два копья, но у меня нет никакого желания делить свою женщину с кем-то еще.
– Ты уже называешь меня своей женщиной? Это радует.
– Я образно. Женщина, которой я владею, является моей хотя бы в этот короткий период. Если, конечно, я не взял ее в аренду.
– А если я сейчас найду тебе вторую девушку, ты согласишься, наконец, овладеть мной? Ну, или хотя бы нами…
Я посмотрел на Диану. Мое влечение к ней было настолько сильным, что мне не хотелось делить ее ни с кем – ни с парнем, ни с девушкой. Я желал уединиться с ней и существовать только друг для друга в наших радостях.
– Ты дьяволица. Нет!
Мы стали проводить вдвоем очень много времени. Казалось бы, разница в возрасте в восемнадцать лет, а общались мы так, будто только что вышли из одного класса школы. Невероятное количество часов мы проводили за беседами. Чем лучше я узнавал Диану, тем больше утверждался в том, что это человек без чувств, совести и морали.
Однажды мы гуляли по парку, и я рассказывал ей про то, как не стал связываться на выпускном с Элизабет.