Макс открыл глаза. Вокруг него знакомый сад, больше похожий на декорированный лес, где летают черные и красные птицы над его головой. Он не слышит больше тихой и скромной песни реки, на смену ей пришла бурлящая и грозная водяная симфония.
Большаков прошелся среди деревьев, прикоснулся к красным листьям. Они сконфуженно защебетали и попросили больше не тревожить их сон.
У серого берега показались знакомые косы, теперь вместо сияния они были окутаны жуками и какими-то уродливыми мелкими насекомыми. Анна лежала неподвижно с вырванным белым сердцем. Рука Большакова сама потянулась к нему — от прикосновения оно вдруг забилось и замерцало.
Большаков вспомнил странные слова Вайлета:
— Ты можешь отдать мне в жены Алису? Понимаешь, Максимилиан, так нужно. Это одна из конструкций, на которой держится мироздание.
— Это невозможно, то, о чем ты просишь, я не могу исполнить. Я против таких игр. Ты бы мог сразу сказать мне этом, зачем ты все это время водил меня за нос? Зачем ты водил меня за нос все это время? Может, Марина? Она красивее, у нее глаза выразительнее, — слова сами срывались с уст Большакова.
— Мне не нужна другая. Марина слишком претенциозна.
— Тогда возьми Лизу-Элизабет. Какую хочешь женщину попроси. Алису не отдам!
— Максимилиан, если я чего-то желаю, то получу. Я могу лишь отсрочить свою встречу с Алисой, поведаю тебе несколько своих секретов и наконец расскажу, для чего ты мне нужен.
Макс поверил Вайлету, как поверила когда-то Анна с фарфоровым сердцем, только теперь она даже в собственных снах мертва.
— Спи, Анна, ты была, возможно, хорошим человеком, но кое-кто не дал тебе жизни, заманил в ловушку. Наверное, ты тоже должна была стать его женой, но предпочла прятаться и обрести ужасную смерть. Анна, я знаю, кто отомстит за тебя. И знаю, кто сможет победить это наглое, лживое вселенское зло.
Небеса разразились криком, багровые тучи медленно расплывались по небу и кровоточили. Река стихла, теперь она шла медленно и почти бесшумно, лишь уродливые рыбы выныривали из воды, чтобы посмотреть на Большакова.
Макс открыл глаза. Полицейская машина стояла на светофоре. Красное зарево упало на лицо утонченного молодого человека, сидящего напротив — Аарон внимательно всматривался в лицо Макса.
— И ты ему поверил, как верят многие. Он годами вынашивал свой план, рисуя какие-то гнусные законы, составляя события. Печально, — подытожил Аарон.
— А что я мог сделать? — слезы катились по щекам Большакова.
— Сказать ей: «Ты только моя, только я владею тобой». Она просила тебя произнести это?
— Да, кажется, просила.
— Большаков, нам с тобой предстоит огромная работа, масштабная битва. Мой брат — истинное зло. И я хочу с ним покончить. Ты единственный, кто знает его лучше всех на этой земле. Ты единственный, кто понял его суть. Не переживай, Михаила вернем, а за девушку придется очень долго бороться.
— Понимаешь, я только начал осознавать, кто я и кого по-настоящему люблю. И вдруг я начал все терять. Все это время я блуждал, как в странном затянувшемся сне, и встретил Алису, девушку, в которую не влюбляешься в первую минуту знакомства, но каждый день запускаешь ее все дальше в свое сознание.
Машина стояла на сломанном светофоре. Аарон, воспользовавшись моментом, выскочил из машины вместе с Большаковым. По ним открыли огонь из табельного оружия, но эти двое неслись вниз по улице, расталкивая прохожих под зловещий гул небес.