– На что мне моя старая жизнь! Пусть я вспылила, нарушила правила приличия и устроила скандал, пусть меня назовут бессовестной, но все же это лучше, чем быть козлом отпущения у этих потаскушек.
Бао-чай и Дай-юй были очень довольны вмешательством Фын-цзе, они захлопали в ладоши и с восторгом воскликнули:
– Спасибо ей за то, что она налетела, как ветер, и увела с собой эту старуху!
Бао-юй покачал головой и вздохнул:
– Никак не пойму, почему обижают слабых! Кто из девушек ее обидел, что она всю вину свалила на Си-жэнь?
Не успел он произнести эти слова, как Цин-вэнь, стоявшая рядом, перебила его:
– Никто из нас еще с ума не сошел! Зачем нам обижать ее? А кто ее обидел, пусть сам и отвечает! Впутывать других незачем!
Си-жэнь со слезами на глазах сказала Бао-юю:
– Твою старую кормилицу из-за меня обидели, а сейчас ты обижаешь других! Разве недостаточно, что я расстроена? Зачем ты еще других впутываешь?
Видя, что она и без того плохо себя чувствует да еще расстроилась, Бао-юй смирил свой гнев и стал уговаривать Си-жэнь отдохнуть и поспать. А когда он заметил, что Си-жэнь вся горит, он отказался уйти и остался в комнате, чтобы присматривать за ней. Он прилег рядом и стал утешать ее:
– Лечись и не думай о пустяках!
– Если б я сердилась из-за всякой ерунды, – с холодной усмешкой возразила Си-жэнь, – разве я могла бы прожить в вашем доме хоть минуту? Как же здесь жить, если каждый день происходят такие скандалы? Но если ты из-за меня будешь обижать людей, они это запомнят, и случись мне в чем-либо провиниться, все хорошее, что я сделала, они представят в дурном свете. А к чему это мне?
Из глаз ее снова покатились слезы. Но, боясь, как бы Бао-юй не разволновался, она пересилила себя и сдержалась.
Вскоре служанка, выполнявшая разные поручения, принесла лекарство второго настоя. Так как Си-жэнь уже пропотела, Бао-юй не велел ей вставать, а сам подал ей лекарство и заставил выпить. После этого он приказал служанкам постелить для Си-жэнь постель на кане.
Си-жэнь сказала Бао-юю:
– Не знаю, хочешь ли ты обедать. Но все же пойди к бабушке, посиди с ней, поиграй с барышнями, а потом придешь. Я хочу побыть одна.
Бао-юй поглядел, как она вынула из волос шпильки, сняла кольца и легла. Тогда он встал и отправился в покои матушки Цзя.
После обеда матушка Цзя выразила желание поиграть в кости с несколькими старыми мамками и няньками, а Бао-юй, помня о Си-жэнь, возвратился к себе в комнату. Си-жэнь спала глубоким сном. Ему и самому захотелось спать, но он не лег, потому что время еще было раннее.
Служанки Цин-вэнь, Ци-ся, Цю-вэнь и Би-хэнь захотели развлечься и отправились к Юань-ян и Ху-по. В передней сидела одна Шэ-юэ. Увидев, что от нечего делать она бросает игральные кости, Бао-юй с улыбкой спросил:
– Почему ты не пошла с ними?
– У меня нет денег, – ответила Шэ-юэ.
– Под кроватью лежит целая куча денег, – возразил Бао-юй, – неужели тебе не хватит на игру?
– Все уйдут веселиться, а кто будет присматривать за комнатами? – спросила Шэ-юэ. – Ведь Си-жэнь заболела, а в доме горят лампы, топятся печи. Старые служанки за день и без того с ног сбились, надо дать им отдохнуть. А девочки тоже устали, пусть немного развлекутся. Вот я и осталась здесь.
Бао-юю показалось, что перед ним еще одна Си-жэнь. Он остался очень доволен и улыбнулся:
– Можешь идти, я сам здесь посижу!
– Тогда мне тем более нельзя уходить, – возразила Шэ-юэ. – Чем плохо, если мы вместе посидим и поговорим?
– О чем? – спросил Бао-юй – Мне кажется, это будет неинтересно! Да, кстати, ты утром говорила, что у тебя в голове чешется. Делать нечего, давай расчешу тебе волосы.
– Что ж, давай, – согласилась Шэ-юэ.
Она принесла шкатулку с туалетными принадлежностями, зеркало, вынула шпильки и распустила волосы. Бао-юй взял гребень и начал расчесывать. Но едва он успел провести гребнем два-три раза, как на пороге появилась запыхавшаяся Цин-вэнь, которая прибежала за деньгами. Увидев Шэ-юэ и Бао-юя вдвоем, она усмехнулась:
– Ах, вот оно что! Еще не успели обменяться кубками, а уже до волос добрались!
– Иди, я и тебя причешу! – со смехом сказал Бао-юй.
– Такого великого счастья я не заслужила! – с иронией возразила Цин-вэнь.
Она схватила деньги и выбежала из комнаты.
Шэ-юэ сидела напротив зеркала, Бао-юй стоял позади нее, они в зеркале смотрели друг на друга и улыбались.
– Во всем доме она самая болтливая, – заметил Бао-юй.
Шэ-юэ, обращаясь к зеркалу, предостерегающим жестом остановила Бао-юя. В этот момент дверная занавеска распахнулась, и с шумом вбежала Цин-вэнь.
– Это я болтливая? – спросила она. – Ну-ка выясним!
– Иди, куда надо, – со смехом сказала Шэ-юэ. – Чего привязалась?
– Защищаешь его! – засмеялась Цин-вэнь. – Вы меня не морочьте! Думаете, я ничего не понимаю? Вот погодите, отыграюсь, потом и с вами рассчитаюсь!
С этими словами она покинула комнату.
Расчесав Шэ-юэ волосы, Бао-юй приказал ей постелить ему постель, так как не желал тревожить Си-жэнь. За всю ночь ничего примечательного больше не случилось.
