Она взяла коробочку из рук тетушки Сюэ, передала ее служанке и приказала ей немедленно пойти на кухню и распорядиться, чтобы все было приготовлено. Кроме того, она велела передать на кухню, чтобы достали десять кур и приготовили десять чашек куриного бульона.
– Зачем так много? – поинтересовалась госпожа Ван.
– На это есть причина, – улыбнулась Фын-цзе. – Ведь такие блюда у нас в доме готовят нечасто, и поскольку Бао-юй о нем вспомнил, я надеюсь, что вы, госпожа, а также бабушка и тетушка, тоже не откажетесь попробовать. Зачем упускать случай? Кстати, и я сама с удовольствием отведаю новое блюдо.
– Ну и хитра же ты, обезьянка! – засмеялась матушка Цзя. – Хочешь доставить себе удовольствие за чужой счет!
Все рассмеялись.
– Пустяки, – невозмутимо продолжала Фын-цзе. – Я охотно возьму на себя все расходы.
Она повернулась к служанке:
– Пойди на кухню и скажи, чтобы все было приготовлено как следует. Да пусть не скупятся на приправы! Все расходы оплачу я!
Служанка почтительно поддакнула и удалилась.
Стоявшая рядом Бао-чай улыбнулась:
– Я уже несколько лет живу здесь и убедилась, что как ни остра на язык вторая госпожа Фын-цзе, ей не превзойти бабушку!
– Дитя мое! – ответила ей матушка Цзя. – Я уже состарилась, разве я могу состязаться с ней в остроумии?! То ли дело когда я была в ее возрасте! Не знаю, уступает ли она мне, как ты утверждаешь, но только я уверена, что твою матушку она превосходит. Ведь на твою матушку жалко смотреть, она точно бревно – поговорить не умеет, свекру со свекровью не угодит! А вот Фын-цзе остроумна, неудивительно, что все ее любят!
– Значит, если судить по вашим словам, никто не любит людей, которые не умеют говорить? – спросил Бао-юй.
– У тех, которые не умеют красиво говорить, есть свои достоинства, – возразила матушка Цзя, – а у тех, кто остер на язык, имеются и недостатки. Так что те, кто остры на язык, ничем не лучше тех, которые не умеют поговорить.
– Это действительно так! – воскликнул Бао-юй. – Теперь я понимаю, почему вы любите тетушку Сюэ не меньше, чем Фын-цзе, хотя она и не блещет остроумием. Ведь если любить только тех, кто умеет говорить, вам должны нравиться только Фын-цзе да сестрица Дай-юй!
– Если уж речь зашла о девочках, пусть госпожа Сюэ не сочтет это за лесть, но мне кажется, что в нашей семье не найти никого лучше ее дочери Бао-чай! – промолвила матушка Цзя.
– Вы не правы, почтенная госпожа, – возразила тетушка, Сюэ, – и слова ваши идут не от чистого сердца.
– Старая госпожа и за глаза всегда хвалит Бао-чай, – подтвердила госпожа Ван. – Так что можете поверить, что это не лесть.
Бао-юй ожидал, что матушка Цзя похвалит Дай-юй, поэтому ее слова оказались для него неожиданностью. Он поглядел на Бао-чай и засмеялся, а та в смущении отвернулась и стала разговаривать с Си-жэнь.
В это время вошла служанка и пригласила всех обедать. Матушка Цзя встала со своего места и сказала Бао-юю:
– Смотри, хорошенько лечись!
Затем она сделала несколько указаний служанкам и, опираясь на плечо Фын-цзе, направилась к выходу, пригласив с собою тетушку Сюэ.
– Суп готов? – спросила она на ходу, а затем обратилась к тетушке Сюэ: – Если вам понравилось какое-нибудь блюдо, скажите мне; уж я знаю, как заставить эту девчонку Фын-цзе приготовить все, что нужно.
– Почтенная госпожа, вы тоже поддеваете ее! – с улыбкой сказала тетушка Сюэ матушке Цзя. – Ведь она часто в знак уважения присылает вам вкусные блюда, а вы их даже не пробуете.
– Что вы, тетушка! – воскликнула Фын-цзе. – Бабушка ест все без разбору, и меня она до сих пор не съела только потому, что убеждена, будто человеческое мясо кислое!
Все так и покатились со смеху. Бао-юй тоже не мог удержаться от смеха.
– В самом деле, вторая госпожа своим языком может убить человека! – тоже смеясь, заметила Си-жэнь, но в этот момент Бао-юй схватил ее за руку и заставил сесть возле него.
– Ты уже долго на ногах, – сказал он. – Наверное, устала?
– Да, кстати, я совсем забыла! – вдруг воскликнула Си-жэнь. – Надо воспользоваться, пока барышня Бао-чай не ушла, и попросить ее, чтобы она прислала Ин-эр сплести сетку.
– Вот хорошо, что ты об этом напомнила! – обрадовался Бао-юй и, приподнявшись на постели, крикнул в окно: – Сестра Бао-чай, скажи Ин-эр, если она свободна, пусть после обеда придет к нам и поможет сплести сетку!
– Хорошо, я пришлю, – ответила Бао-чай.
Матушка Цзя не расслышала, в чем дело, и спросила у Бао-чай. Та тотчас передала ей просьбу Бао-юя.
– Сделай так, как он просит, милое дитя! – сказала она. – Пришли к нему Ин-эр. Если же тебе самой нужна служанка, у меня много свободных, можешь взять любую.
– Мы непременно пришлем Ин-эр, – пообещали тетушка Сюэ и Бао-чай. – Зачем она нам сейчас? Она и так целыми днями балуется от безделья!
Разговаривая между собой, они продолжали путь и вдруг увидели Сян-юнь, Пин-эр и Сян-лин, которые возле каменной скалы рвали цветы бальзамина. Завидев приближающуюся матушку Цзя, девушки бросились ей навстречу.
