Когда Сюэ Кэ, находившийся в это время снаружи, узнал о результатах судебного разбирательства, он сильно обрадовался и послал человека домой сообщить, что, как только решение по делу будет утверждено, Сюэ Пань сможет откупиться от наказания. А он, Сюэ Кэ, пока будет жить здесь и ждать новостей.
В это время Сюэ Кэ увидел, что люди на улице собираются группами по двое, по трое и перешептываются:
– Умерла какая-то Гуй-фэй, по этому поводу государь на три дня отменил всякие аудиенции.
Город, в котором находился Сюэ Кэ, был расположен неподалеку от императорских усыпальниц, поэтому начальник уезда всецело занялся распоряжениями насчет приведения в порядок дорог. Решив, что заниматься делом Сюэ Паня начальнику уезда сейчас будет недосуг и, стало быть, жить здесь не имеет смысла, Сюэ Кэ отправился в тюрьму и сказал Сюэ Паню:
– Не беспокойся и ожидай решения! Я съезжу на несколько дней домой и тотчас возвращусь!
Сюэ Пань больше всего волновался, что мать из-за него будет переживать, поэтому он велел передать ей:
– Со мной ничего не случится. Нужно только не жалеть денег, сделать несколько подношений начальнику уезда, и я смогу вернуться домой.
Оставив Сюэ Паня на попечении Ли Сяна, Сюэ Кэ отправился домой и, встретившись с тетушкой Сюэ, подробно рассказал ей, как начальник уезда, оказавшись в плену личной выгоды, вынес определение, что убийство было непреднамеренным.
– Придется дать еще денег родственникам убитого, – заключил Сюэ Кэ, – да потратить кое-что, чтобы брат откупился от наказания.
Тетушка Сюэ немного успокоилась и сказала:
– А мы тут как раз надеялись, что ты приедешь и займешься домашними делами. Прежде всего следует пойти во дворец Жунго и поблагодарить их за помощь. Кроме того, в связи с кончиной Чжоу Гуй-фэй почти все члены рода Цзя ежедневно ездят ко двору; мне нужно было переехать к ним, чтобы присматривать за их домом, но до сих пор я не могла этого сделать, так как у нас самих дома почти никого нет. Твой приезд весьма кстати.
– Когда я был в отъезде, мне говорили, будто умерла Цзя Гуй-фэй. Только поэтому я и поспешил домой. Мне показалось странным, как это наша государыня ни с того ни с сего вдруг умерла.
– В прошлом году она болела, но потом поправилась, – заметила тетушка Сюэ, – и я не слышала, чтобы в последнее время она опять болела! Правда, старой госпоже из дворца Жунго несколько дней назад было не по себе – стоило ей закрыть глаза, как ей все время мерещилась Юань-чунь, и все были этим крайне обеспокоены. Но когда стали разузнавать, оказалось, что ничего с Юань-чунь не случилось. А третьего дня старая госпожа вдруг говорит: «Как это могла Юань-чунь одна приехать к нам?..» Все подумали, что старая госпожа бредит, и не придали ее словам значения. А она снова говорит: «Вы мне не верите, а Юань-чунь собственными устами мне сказала: „О, как быстро минута расцвета прошла! Вы должны бы себя оградить поскорей от житейского зла!“ – «Конечно, человек при приближении к смерти всегда вспоминает о прошлом и задумывается о будущем», – говорили все друг другу. А на следующее утро в доме поднялся переполох, все стали перешептываться, будто наша государыня серьезно больна и получено распоряжение женщинам прибыть во дворец навестить ее. Все бросились собираться, но не успели выйти за порог дома, как стало известно, что скончалась Чжоу Гуй-фэй. Разве тебе не кажется странным, что слухи, о которых ты говоришь, совпали с тем, что у нас происходило?
