Ян заметил недовольное лицо Хун и проговорил:
– Стоит ли принимать такие пустяки близко к сердцу, Хун?
Хун вспыхнула.
– Конечно, у меня не такие ловкие руки, как у вас, Фея, да к тому же я не сообразила заранее спросить у князя, чего он желает. Но у меня как будто завалялась рисовая лепешка, вот ее и могу я предложить нашему господину. Вы уж не обессудьте, князь, лишена я талантов циньского Ди Я!
Она сделала знак Лянь Юй, та улыбнулась, выбежала из залы и вскоре вошла с зеленым блюдом, на котором в виде листа лотоса были разложены сотни лепестков этого цветка. Лепестки казались живыми, и не выразить словами, с каким искусством их разложили.
– Это напоминает цзяннаньские лепешки из «лотосового риса», – обратилась Инь к госпоже Сюй. – Мне доводилось их пробовать, когда я с отцом ездила в Ханчжоу. Но то, что приготовила госпожа Хун, не идет с тем блюдом ни в какое сравнение!
Госпожа Сюй спросила Хун о рецепте приготовления чудесных лепешек.
– Их делают из стеблей лотоса, – начала Хун. – Сперва стебли измельчают, полученную муку замешивают на сахарной воде и гранатовом соке, потом месят тесто и делают из него лепешки в форме лотоса, а их бросают на сито, чтобы стек сок лотосовых стеблей. Под конец лепешки нужно пропитать еще раз гранатовым соком и погрузить их в сахарную воду. Вот и весь рецепт.
Госпожа Сюй отведала лепешки и похвалила Хун:
– Молодец! Теперь пусть попробует князь!
Она передала блюдо сыну. Хуан и Инь угостили изысканным яством своих служанок, те затараторили от удовольствия и разбежались кто куда по саду. Словно наступила восьмая луна и девушки из У и Юэ принялись собирать лотосы в Наньпу!
Госпожа Инь обратилась к Яну:
– Вы хотели подшутить над Хун, а выходит, она над вами подшутила!
– Вы, князь, умело ведете за собой тысячное войско, но в хитростях я сильнее вас, здесь вам меня не одолеть! – проговорила Хун, и князь весело рассмеялся.
– Сегодня за нашим столом все радуются, – обратился он к Фее, – и хозяева, и слуги. Но кое-кто избегает нашего общества, почему бы это?!
Фея поднялась, вышла из павильона, но скоро вернулась, ведя за руку смущенную Лотос. Усадила ее рядом с собой и говорит:
– Вы проявили такое мужество в годы войны, завоевали себе стольких друзей, а нас почему-то робеете и ведете себя не по-дружески! Если вы относитесь ко мне хорошо, выпейте, прошу вас, вина с нами!
Лотос отказалась принять бокал – стеснялась присутствия князя.
– Что вас смущает? – спросила Фея. – Здесь собрались только свои, никого чужого! Или вам не нравится, что я сижу подле вас?
– Я ведь чужестранка, – проговорила Лотос, – мои родные и близкие далеко отсюда. Как же мне не робеть?!
– Ну что вы говорите! – воскликнула Фея. – Посмотрите-ка! На самом почетном месте – госпожа Сюй, она уже в таком преклонном возрасте, что относится ко всем молодым женщинам доброжелательно, разве можно робеть перед нею?! Рядом с князем сидят его жены: вы уже давно в этом доме, но ни одна из них ни разу не обидела вас – не их же вам страшиться?! С госпожой Хун вы дружны много лет, поэтому о ней говорить не стоит. У ног госпожи Сюй – сам князь: с ним вы познакомились еще на полях сражений. Только меня вы знаете плохо – наверно, меня вы и смущаетесь? Хорошо, не стану вас смущать и уйду.
Лотос застенчиво улыбнулась, взяла из рук Феи бокал и осушила его.
Теперь заговорила Хун:
– Да, верна старая пословица: «Старых друзей не замечают – случайных гостей, как родных, привечают!» Мы с вами знакомы давным-давно, вместе терпели военные невзгоды, – неужели откажетесь выпить со мной бокал вина?!
Лотос виновато улыбнулась.
– За что вы меня осуждаете, ведь вы даже не предлагали мне осушить кубок с вами!
Хун хитро улыбнулась, наполнила огромный кубок и поднесла девушке, – та осушила его, не моргнув глазом: никто не знал, что вино почти не действовало на нее. Князь подивился и обратился к женам:
– Послушайте, хозяюшки, почему бы и вам не угостить добрым вином нашу дорогую гостью?
Инь и Хуан тут же наполнили бокалы и предложили их Лотос – та опорожнила оба. Вскоре девушка оживилась, как трава под весенним солнцем, как цветок персика, увлажненный вечерним дождем. Увидев такую перемену, Фея обрадовалась, взяла девушку за руку и с улыбкой сказала:
– Друзья ничего не таят друг от друга. Вы не первый день в нашем доме, но еще ни разу ни с кем не откровенничали. А ведь если человек никому не открывает своих мыслей, то и с ним никто не делится сокровенным!
Лотос робко ответила:
– Нрав у меня такой, стеснительный, и я не умею раскрывать душу в словах. Но сегодня у меня на сердце так хорошо, и я всех вас так люблю, поэтому хочу спеть вам – порадовать музыкой госпожу Сюй и поведать вам свои мысли!
Фея не знала, что Лотос умеет играть и петь, и очень обрадовалась, услышав ее слова.
– А какие песни вы любите?
– Ну какие песни могут быть у варваров? – ответила Лотос. – Я знаю всего двадцать пять мелодий, а играю на лютне супруги императора Шуня, которая утонула в реке Сян. Эту лютню как-то вынесла на наш берег волна реки Луцзян, которая через озеро Дунтин связана с реками Сяо и Сян.
