— Почему такие перемены, Стивен? Мы же обещали дружить всю жизнь, почему ты предал нас? Предал и жестоко поплатился, но… остался… другом. — Шептал я, но вскоре разразился настоящей истерикой, не в силах остановить град слез.
Перед глазами проносилось детство, юность, работа. Когда-то мы были единым целым — неразлучные друзья, но теперь тебя больше нет, и я виновен в смерти, пусть она бы и настигла тебя, но не от моей руки.
Через какое-то время самообладание вернулось. Забрав фонари и прихватив оружие, отправился обратно навстречу огоньку Элизабет, все еще ощущая солоноватый привкус на губах. Идти старался, как можно быстрее — девушка волновалась за меня. Хотелось побыстрее обнять ее и утешить. «Со мной все хорошо, Лиз». — Физически я цел.
— Ну вот, а ты волновалась. — Пробормотала Лаура. — Твоя девушка — такая трусиха, честное слово.
— Неправда, не трусиха я. Ой, Рэт! Это кровь? Ты ранен? — Лиз кинулась ко мне и обняла крепко-крепко. — С тобой все хорошо?
— Не трусиха… Смотри не раздави своего ненаглядного… Вы такие смешные, а! Придумала. А может — ну его, этот внешний мир? Ну что вас ждет там? Неизвестность. Останетесь с нами? Прыгнул на ножик. Чик и все. Ну поболит немного и перестанет. Нет? Шучу-шучу… — Лаура разговорилась. — Идем… Я провожу вас к выходу в тоннель, по которому вы, возможно, попадете наружу… Кто знает, мы никогда не были там и что ждет вас — загадка. Вроде, папа говорил, раньше по нему поставляли продукты в наземный город. Теперь — не знаю. Ой, совсем забыла. Впереди будет еще один сюрприз…
— Спасибо за заботу, но можно больше без сюрпризов? Как-то утомляют такие подарки судьбы. — Рассмеялся я сквозь вновь подступающий к горлу ком. — Еще несколько сюрпризов и моя голова покроется сединами. В моем возрасте — не хотелось бы… Все понимаю, мудрость и тому подобное, но… — Старался дышать ровно и говорить без запинок и пауз.
— На этот раз, вы будете рады, обещаю. Убивать больше некого, теперь в подземелье только вы двое по ту сторону смерти. — Ответила Лаура. — Если, безусловно, вы хотите жить. А может, передумали и решили остаться?
— А, почему нельзя умереть своей смертью? — В шутку поинтересовался я.
— Пожалуйста, если хочешь всю вечность провести в облике тощего и истощенного? Кто как погиб — тот таким и остался. Мне можно сказать повезло… Только сумочку всегда приходится носить с собой. Утомительно.
— Вот как. Спасибо. Буду знать. Если вдруг выбраться не получится — обязательно вернемся. — Надеюсь все же эти знания нам не понадобятся. — Кстати, а почему? Вы умерли, но раны на ментальном теле не исчезли?
— Не знаю наверняка… — Лаура замялась.
— Вот мы и пришли. — Важно, с нескрываемой гордостью произнесла Лаура, приведя нас в один из некогда роскошных подземных особняков, в четыре этажа. — Это — дворец правителей подземного города, именуемого Дальним Пределом.
Высокие потолки, на которых кое-где сквозь пыль еще виднелись облупившиеся остатки былой росписи. Посреди просторного зала на грязном паркетном полу лежали сверкающие осколки разбитой хрустальной люстры поистине громадных размеров. В стеклянном шкафу стояла фарфоровая посуда, не тронутая мародерами и военными.
— Впечатляет, не правда ли? Следы былой роскоши, военные забрали только золото, украшения и деньги. Но многое осталось, в основном то, что не блестит. Напоминание о скоротечности жизни… — Голос Лауры вдруг наполнился грустью.
— Ничего себе. — Так и ахнула Элизабет. — Сколько красоты, как во дворце. Расписные стены, ковры. Прекрасно. Завораживает взор!
— Так и есть. Мы в прекрасном дворце.
Кажется, на потолках красовались некоторые сюжеты, на историческую тематику. Краски еще не успели потускнеть, и мне удалось различить фигуры средневековых рыцарей, героев поэм Гомера и генералов гражданской войны между севером и югом (кажется это был Ли).
— Прямо царство гномов. — Отшутился я, разглядывая стены с безумно дорогими обоями из натурального шелка.
— Ага, красота какая! Даже забвению не под силу уничтожить такую роскошь. Пройдут десятилетия, пока краски не исчезнут без хозяина. — Произнесла Лаура.
— Ого, рыцарские доспехи! — Мне никогда не случалось видеть их, кроме как на ярких картинках.
В дальнем углу валялись резной шлем и латы с овальным деревянным щитом. Нижняя часть рыцаря куда-то исчезла, возможно, лежит себе в другом месте. А может, ее и не было вовсе.
— Вскоре наши пути разойдутся. — Лаура не обращала никакого внимания на наше удивление и восторг, продолжала говорить о своем. — Но тебя будет сопровождать один из нас. Только он один способен пройти через барьер и вернуться обратно. Это его дар. Но сперва… — Девушка ненадолго замолчала. — Ты точно хочешь знать правду, ведь правда, как известно, зачастую ранит больнее лезвия кинжала?
В тот миг сомнение закралось в душу. «А надо ли?» — Спросил я сам себя. — «Нет, жребий брошен, пасовать поздно».
