Не знаю что стало источником, но вот вспышку, и разлетающиеся фигурки стражей, я разглядел отчётливо. Ну а сразу за вспышкой… на нас рухнул потолок! Понятия не имею что его могло проломить. Было такое ощущение что там, наверху, заложили десяток тонн тротила и рванули.
Именно за этим и последовало то чего я опасался. Хаотичное отступление. В воздухе стояла пыль, в ушах звон, бронированные тела носились как ужаленные.
Общим потоком меня вынесло в следующий зал, вместе с теми счастливчиками кого не придавило или не разорвало странными вспышками.
И вновь взорвался потолок. В тот момент меня посетила мысль что враг смог прорваться этажом выше, и пользуется этим на полную катушку.
Десятки тонн камня, сияя кристаллическими жилами, рушились нам на головы. Кто-то скомандовал поднять щиты. Не видел кто. Но, кто-то даже послушался, потому что часть камней, те что падали последними, бухнулись на жиденькое поле.
А потом, прямо в это самое жиденькое поле ударили десятки лучей. Сверху. Словно начался дождь из боевых энергий, так и норовящих дорваться до наших тел.
Кругом дым, пыль и взрывы. А я нихрена не мог поделать. Только бежать. Бежать и стараться не упасть — затопчут и не посмотрят на длину ушей.
А потом вниз рухнули уже мы.
Когда пол провалился я серьёзно приложился головой и потерял сознание. В себя я пришёл практически сразу. Пыль ещё не успела улечься, даже некоторые камешки продолжали осыпаться по краям провала.
А ещё начинали кричать выжившие. Стоны начинались с удивлённо-болезненного, и переходили в болезненно-осознанные. Как бывает когда приходишь в сознание от нестерпимой боли.
Были и глухие вои, на одной ноте и на весь объём лёгких. Это подавали голос самые крепкие, или самые живучие.
Раздавались и маты, вперемешку с призывами о помощи. Маты я не понимал, сказалось образование. Сиинарский-матерный мне был незнаком.
По мере того как в голове прояснялось я понял что придавлен чей-то тушей. Бронированной и пребывающей в неполном сборе. У парня отсутствовала нижняя половина тела, так что спрашивать о его здоровье было, несколько, поздно.
Аккуратно стащив его в сторону я попытался поднятья и осмотреться. Секира была рядом, благо цепь не давала ей далеко от меня улететь. Кстати, цепь. Эта металлическая штука словно бы жила собственной жизнью. Когда нужно она обматывалась вокруг браслета, как змея навивая кольца. И орудовать секирой не мешала, вовремя изгибаясь и не давая в ней запутаться.
Полезная штука. Хоть и дико странная и непривычная.
Вновь вооружившись секирой я принялся пробираться через обломки, к ближайшему голосу. Нужно было выбираться от сюда, но и бросать раненных мне претило.
Ковыляя мимо крупных обломков, из которых торчали куски кристалла, я наткнулся на первого «голосившего». Из под завала торчала только голова и левая рука, которой он и пытался приподнять придавившую его плиту.
Из плиты, кстати, так же торчали толстые обломки кристалла. И они… горели голубым пламенем. Не яростно, но активно. Один такой огонёк как раз был близ его головы, и он всеми силами пытался её отодвинуть, так что этот огонь небыл безвредным.
— Щас, щас, — проговорил я, подсовывая под обломок рукоять секиры с намерением использовать её как рычаг.
Просунув рукоять я принялся тянуть. Всё тело ныло и отдавало слабостью, но я постарался выдавить из себя всё что ещё оставалось.
Массивная плита только дёрнулась, едва заметно.
Чёрт. Я не в лучшей форме и не смогу один её поднять.
Распрямившись я принялся оглядываться, в поисках кого-нибудь кто мог бы помочь.
Кругом царил полумрак. Тут и там пылали голубые костры, давая основное освещение. Но его явно не хватало. Даже моё острое зрение ничего толком не могло различить. Так, какие-то силуэты показывались то тут то там.
— Хык! А-х-х..
Резко развернувшись я нос к носу столкнулся с новым действующим лицом.
— Ну здравствуй, сынок, — заявил мужик в золотом доспехе.
Длинный клинок, полуторник, насквозь пробил плиту и добил придавленного стража.
Резко дёрнув на себя секиру я отскочил назад, едва не грохнувшись на мелких камнях.
— Ты ещё что за хрен? — выдал я, встав в боевую стойку.
— Как не культурно, — золотой, полностью закрытый, шлем качнулся из стороны в сторону в неодобрении. Меч выскользнул из камня и, прочертив в воздухе элегантную восьмёрку, вернулся в позолоченные ножны.
А я замер в напряжении.
Движения урода были плавными. Движения профессионального фехтовальщика, как у Каалнигара. Клинок, не смотря на то что он был весь усыпан драгоценными камнями и покрыт золотом, был явным боевым оружием.
Ну а доспех… похожий я видел только у Дуарулона. Но это был не он. Этот хрен был ниже на полголовы. Да и сам доспех был явно другой. Дороже, красивее, и, судя по всему, гораздо мощнее.
— Разве тебя не учили благородно формировать свою речь? — протянула золотая фигура, ловко спрыгивая с плиты.
Шлем больше походил на футуристичную поделку. Плавные линии, от носа до подбородка шёл клин. Ну а вместо прорезей глазниц блестели изумрудные линзы. Непрозрачные.
