«Крестник» Ефимова — киевский инженер Александр Сергеевич Кудашев представил легкий аэроплан с оригинальным шасси из гнутых ясеневых дуг. Эту необычную конструкцию вскоре заимствовали иностранцы. В Европе она получает распространение под названием депердю-сеновской.
Вот и биплан ПТА, сконструированный по идее полковника Ульянина. Постройка аппарата осуществлена «Петербургским товариществом авиации», созданным по инициативе летчика Лебедева. Внешне напоминая «Фарман», ПТА имеет целый ряд интересных новшеств. Аэроплан легко собрать и разобрать, что особенно важно в военных условиях.
Два своих аэроплана выставила варшавская фирма «Авиата». Особый интерес вызывает радиостанция, именуемая «станцией беспроволочного телеграфа». Она еще не испытана в применении к аэроплану. Но даже отдавая ей должное, посетители не представляют себе, какое великое будущее в авиации уготовано этому виду связи!
Аэростаты, дирижабли, передвижные мастерские-автомобили, двигатели, различные материалы, приборы, пропеллеры, авиационные журналы и книги — чего только нет на выставке!
Наряду со знаменитыми зарубежными фирмами, здесь впервые удостоились наград и отечественные предприятия. Жюри присудило большую золотую медаль Русско-Балтийскому заводу. Московское акционерное общество «Дукс» за производство самолетов, аэростатов и конструкцию аэросаней получило малую золотую медаль. Этими же наградами отмечены «Петербургское товарищество авиации» за моноплан и биплан ПТА и варшавское товарищество «Авиата».
Серебряными медалями Русского технического общества награждены конструкторы Гаккель и Кудашев.
Приглашенный на выставку из Франции знаменитый Луи Блерио выступает в Михайловском манеже с несколько необычным докладом. Трибуной служит… кабина его собственного аэроплана. Блерио сопровождает доклад доходчивым объяснением устройства аппарата.
— Мой первый приезд в Россию совпал с донесшейся до меня печальной вестью: погиб Матыевич, — говорит Блерио. — Мне от души жаль вашего русского героя. Я лично знал весьма немногих русских авиаторов. Но те, которых я видел, создали в моем представлении цельный образ русского летчика: настоящие рыцари воздушной стихии без страха и упрека. Упрекнуть их можно лишь в слишком большом презрении к опасности.
Чуть погодя французский гость добавляет:
— Ваш главный враг — бездорожье и дальность расстояний, но для воздушного флота не будет существовать ни того, ни другого.
На секциях Всероссийского воздухоплавательного съезда представлено более пятидесяти научных докладов. Они — свидетельство того, что в стране повсюду пробудилась творческая авиационная мысль. Надо лишь преодолеть косность, равнодушие, поддержать энтузиастов. Делегаты горячо обсуждают вопрос создания в России воздухоплавательного союза, задача которого — координировать действия общественных авиационных организаций. Зачитывается проект устава союза.
Профессор Жуковский, единодушно избранный председателем съезда, на прощальном банкете, улыбаясь, говорит:
— Чувствуется, что русская авиация живет и здравствует.[39]
Вокруг выставки и докладов на воздухоплавательном съезде ведутся оживленные разговоры. Полеты, новые достижения авиаторов вызывают могучее брожение романтически настроенных умов. Мечтатели надеются, что авиация — «это великое изобретение само станет новым могучим фактором освобождения человечества. Воздушные корабли будут плавать по всем направлениям, совершая кругосветные путешествия! И тогда исчезнут границы наций, а вместе с ними войны, вражда, и все народы сольются в свободной высоте в одну общую великую семью!»[40]