Поскольку у Михаила не было и не могло быть свиты, в поисковую экспедицию мы отправлялись в сокращенном составе: сам инициируемый, магическая пятерка и рота первопризывных амазонок, а также рейтарский полк в качестве эскорта. Могучие бойцовые лилитки, в полной рейтарской экипировке, верхом на рослых дестрие выглядели сурово и величественно, и я чувствовал нетерпение Михаила заполучить в свое распоряжение таких же воительниц. Надеюсь, что он не разочаруется от того зрелища, какое представляют собой бойцовые лилитки, находящиеся под властью магов-содомитян. Самому Михаилу, между прочим, тоже подвели оседланного вороного дестрие и принесли полный комплект рейтарской экипировки производства мастерских «Неумолимого». И только палаш он оставил свой, освященный незримым контактом с мечом Бога Войны. И хоть ему сегодня, скорее всего, не придется рубиться с сонмищами врагов, меч – это важнейший инструмент при инициации Призыва. В дальнейшем он сможет проделывать это мысленно, но в первый раз ему необходимо лично, своей рукой, вздеть освященное оружие к сияющим небесам, чтобы исстрадавшиеся души бойцовых лилиток смогли наконец увидать своего Воина с Длинным Мечом.
Мы вышли к месту предполагаемой битвы в тот момент, когда боевые линии уже были готовы сходиться. Больше всего «поле боя» напоминало специально подготовленную турнирную площадку: гладко утоптанное, поросшее редкой травой прямоугольную пустошь, старательно расчищенную от камней. Возможно, тут, на севере так принято: устраивать сражения на специально подготовленных для этого местах, чтобы не топтать оспариваемых полей, садов и лугов. А вот нам все эти правила были до одного веселого места, поэтому для того, чтобы сразу оказаться на фланге у сражающихся (в данном случае самая удобная диспозиция), портал мы открыли на холме, склоны которого были засажены рядами невысоких апельсиновых деревьев.
Заклинание Нейтрализации буквально отскочило у нашей пятерки от зубов – и следом за этим Кобра послала два жарко гудящих огненных шара: один по Волкодавам правой группировки, другой по их собратьям слева. В полете каждый шар разделился примерно на десяток шариков поменьше, и они довольно точно накрыли вытянувшиеся позади лилиток ряды тяжеловооруженных воинов, похожих на древнегреческих гоплитов. Пусть сразу видят, что к людям их сексуальной ориентации тут относятся без всякого пиетета. Дело в том, что эти сволочи и не собирались сражаться: в их обязанность входило только укрощение тех бойцовых лилиток, с которых в ходе боя из-за нервного перенапряжения слетит заклинание Принуждения. Рвануло при этом преизрядно, словно точно по целям легли очереди из «Василька»[23], а полминуты спустя ревущие волны освобожденных лилиток в беспорядочной ярости возмездия обрушились на дезориентированных, испуганных и контуженных Волкодавов. Подключившись к Михаилу как к своему Верному, я пропустил через него заклинание Поддержки, а потом и Призыв.
И тут обнаружилось, что у этого молодого еще человека, еще ни разу не бывавшего в серьезном деле, имеется в наличии довольно развитая энергооболочка, доселе пребывавшая в свернутом неактивном состоянии. И только в следующий момент я догадался, что эту великолепную энергоструктуру Михаил унаследовал от отца, являвшегося неплохим, пусть и неинициированным лидером. Когда злой колдун Победоносцев приковал дух Александра Третьего к душе его младшего сына, энергооболочка Царя-Миротворца оказалась инактивирована и помещена туда же, куда и его дух. А потом, когда я отпустил Мишиного папу в райские кущи, она осталась лежать свернутой под той самой виртуальной оттоманкой. И продолжалось это ровно до тех пор, пока я не начал накачивать инициируемого своей энергией – и под ее влиянием законсервированная энергоструктура развернулась и встала на свое место. Конструкт получился довольно мощный, сопоставимый с тем, который имели в своем распоряжении Александр Ярославич, Генрих Четвертый или Петр Второй (который Первый)…
В первое мгновение Михаил удивился необычному ощущению, и даже немного растерялся, но потом, вздев к небесам ярко пылающий палаш, громким голосом повторил Призыв, а наши энергооболочки стали устанавливать меж собой коммуникационные каналы. Потом в небесах над нами грохнул гром с ясного неба – и громыхающий голос в моем сознании произнес:
– Ну, парни, вы даете!
– Вот, Небесный Отче, – ответил я, отирая со лба испарину, – еще один младший архангел в твое воинство. Правда, он уже дома, а потому никуда не рвется, к тому же нуждается в обучении и воспитании, но когда все будет сделано, за этот мир ты можешь быть спокойным.
– Вижу, – согласился голос, – но в прямой контакт с ним вступать подожду. Пусть он сначала освоится в новом качестве и получит от тебя все необходимые инструкции. Пока… – И короткие гудки, будто на той стороне положили трубку телефона.
