За оградой стали часто попадаться пещеры в скалах, огромные раковины и даже как будто строения из них, похожие на жилища, – интересно, чьи они, кто там живёт? Как-то раз чуть в стороне мелькнул затонувший старинный корабль, весь заросший тиной и облепленный по бортам планктоном, но с сохранившимися на мачтах остатками парусов, и Алёна с трудом удержалась от соблазна – так хотелось попросить разрешения туда заглянуть. Здесь, во владениях Водяного, стали встречаться и подводные жители, уважительно кланявшиеся морскому царю. Женщины, русалки и мавки, не так уж сильно заинтересовали Алёнушку, а вот воины-тритоны сразу привлекли внимание. Все они были невероятно хороши собой – мужественные, сильные, широкие в плечах и тонкие в поясе, с яркими разноцветными волосами. На одного из них, златокудрого, сложенного, как античная статуя, с большими синими глазами, красиво контрастирующими со смуглой кожей, Алёна прям-таки загляделась и даже обернулась вслед, но тут же сказала себе: «Мой Иванушка всё равно лучше!»
Наконец в струях нескольких течений, образовывающих затейливые завихрения с пузырьками воздуха, показался перламутровый дворец. Навстречу Водяному и его гостье из дверей-раковин выплыли встречающие, целая группа: несколько тритонов и русалок и впереди две женщины, выглядящие как обычные люди – с ногами, а не с рыбьими хвостами вместо них. Женщины, крупные, рослые, сильные, одна постарше, другая помоложе, обе с большими серо-голубыми глазами и с длинными волосами – у молодой белокурые, у старшей седые – были так похожи, что Алёна сначала приняла их за мать и дочь.
Старшая женщина сначала обняла Водяного, потом повернулась к гостье и сказала приветливо:
– Здравствуй, Повелительница. Добро пожаловать!
– Это Хильда, моя мать, – представил Водяной. – А это, – он с нежностью посмотрел на молодую, – моя жена.
– Я Свана, но тут меня все Водяницей кличут, – молодая женщина с улыбкой протянула гостье обе руки. – Здравствуй, Алёнушка. Давно уж хотела с тобой познакомиться.
После такой радушной встречи у Алёны сразу потеплело на душе. Ей понравилось, что с ней общаются приветливо, но при этом не преклоняются перед будущей Повелительницей. Вся семья Водяного держалась с достоинством и всем своим видом давала понять: гостье тут рады, но заискивать и лебезить перед ней тут никто не будет.
Не успела Алёна ответить на приветствие, как её внимание вновь привлёк давешний златоволосый и синеглазый красавец-тритон. Он подплыл к Водяному и тихо сказал ему что-то, после чего морской царь сразу посветлел лицом.
– Хвала Перуну, битва в Яви завершилась благополучно, – сообщил он, обращаясь, в первую очередь, к гостье. – Одолели пёсьеглавцев Повелитель и Кощей!
– И Ваня, – с гордостью добавила Алёна и поспешила уточнить:
– Все ли они в порядке? Никто не ранен?
– Все, все целы, – заверил Водяной. – Не тревожься. Теперь, будем надеяться, самое трудное позади. А коронуют тебя – и вовсе всё успокоится.
– А коли так, пойдёмте-ка в дом, – Хильда сделала приглашающий жест. – Алёнушка-то небось уж ног под собой не чует от усталости. Но первым делом вам поесть надобно.
Хильда как в воду глядела («Если, конечно, такое выражение уместно в адрес матери морского царя», – усмехнулась про себя Алёна). Девушка и впрямь только что почувствовала навалившуюся усталость. Но всё же это не мешало ей с любопытством осматриваться во дворце и отмечать про себя, что стены дворца украшены узорами и мозаичными картинами из янтаря, кусочков кораллов и разноцветного жемчуга, а в окнах нет стёкол, и разноцветные рыбки свободно вплывают в комнаты, добавляя этим интерьеру дворца ещё больше очарования. Вместо домашних растений тут были причудливые водоросли в раковинах, а вместо ламп – светящиеся обитатели морских глубин.
Прибывших тут же усадили за стол. После вечной студенческой сухомятки на бегу трапеза показалась девушке поистине царской. Алёна начала было считать перемены блюд, подаваемых на перламутровой посуде, да быстро сбилась со счёта. Ели, разумеется, рыбу, всевозможные морепродукты, ламинарию. Удивило, что среди них вдруг попалось что-то, по вкусу напоминающее мясо с грибами, но Свана, сидевшая рядом, объяснила, что это тоже дары моря – трепанги и гребешки.
– Как долго я здесь пробуду? – поинтересовалась Алёна, отодвигая от себя наконец-то опустевшую тарелку.
– Как скажет Перун, – пробасил в ответ Водяной. – Но, думаю, недолго. Спешить нужно, успеть тебя короновать.
– Да-да, я знаю. До того, как погаснет Звезда, – Алёна подняла голову и посмотрела наверх. Несмотря на то что свет был уже не так ярок, как прежде, его было видно и здесь, даже днём, даже под водой, даже сквозь извилистый, будто створка раковины, потолок дворца.
– Но надеюсь, ты хотя бы немного погостишь у нас, – вступила в разговор Свана. – Мне так хочется с тобой поболтать.
Алёна ответила улыбкой на её приветливую улыбку, а Хильда ласково заметила:
– Успеете ещё наговориться, будет время. А пока что нашей гостье надо отдохнуть.
